Для ёлки Минздрава игрушки делали дети наших сотрудников. Некоторые игрушки они делали самостоятельно. Над некоторыми трудилась вся семья.

Смотрите и радуйтесь вместе с нами. А может быть, какие-то игрушки вам так понравятся, что вы сделаете для своей елки похожие. Ведь до Нового года ещё есть время!

В положении прописаны требования к построению системы управления профессиональными рисками у работодателя и процедурам управления.

Управление профрисками коснется каждого работодателя и позволит компаниям сократить издержки, связанные с неблагоприятными условиями труда, и сохранить здоровье работников.

Проект документа создан на основе российского законодательства, а также международных стандартов менеджмента безопасных условий труда и здоровья.

Согласно положению, система управления профессиональными рисками является частью системы управления охраной труда работодателя и включает в себя следующие основные элементы:

а) политика в области управления профессиональными рисками, цели и программы по их достижению;

б) планирование работ по управлению профессиональными рисками;

в) процедуры системы управления профессиональными рисками;

г) контроль функционирования системы управления профессиональными рисками;

д) анализ эффективности функционирования системы управления профессиональными рисками со стороны работодателя и его представителей.

В комментариях к блогу вы можете оставить свои предложения и замечания.

В предлагаемом к обсуждению документе:

• прописаны требования к организациям, оказывающим услуги в области охраны труда, в зависимости от вида оказываемых услуг;
• определен порядок контроля за деятельностью аккредитованных организаций, порядок приостановления или отзыва у них аккредитации;
• уточнен перечень документов, прилагаемых к заявлению об аккредитации при Минздравсоцразвития России;
• зафиксированы требования к квалификации персонала организаций и др.

В частности, организация, желающая проводить аттестацию рабочих мест, должна обладать аккредитованной в установленном порядке испытательной лабораторией, иметь в наличии аттестованное испытательное оборудование и проверенные средства измерения.

Повышаются требования к персоналу организаций, предоставляющих услуги в области охраны труда. Например, в компании, которая оказывает услуги по обучению по вопросам охраны труда, должны быть в штате специалисты, имеющие высшее профессиональное образование и не менее 3 лет стажа практической работы по данному направлению.

Вы можете оставить свои замечания и предложения к проекту приказа в нашем блоге.

• http://www.utro.ru/news/2011/11/17/1011411.shtml
• http://top.rbc.ru/society/17/11/2011/625591.shtml
• http://www.vedomosti.ru/lifestyle/lifestyle-sport/news/1424796/borotsya_s_kureniem_minzdravsocrazvitiya_pomozhet_kon_dolbak
• http://www.sostav.ru/vir/minzdrav_otvadit_grazhdan_ot_kureniya_pri_pomoschi_konya_dolbaka.html

А вот сам конь, гуляя по Ильинке, заходит в Министерство для проведения разъяснительной работы с оставшимися немногочисленными курильщиками.

Конь Долбак

Приятно то, что наш ролик – единственный полностью российский продукт из числа международных видеороликов. Мы стоим в одном ряду с видео от компаний – мировых лидеров автомобильной промышленности, сотовых операторов и компаний банковского сектора.

Напомним, что ролик «Адская белочка» является частью интернет-кампании Программы по формированию здорового образа жизни «Здоровая Россия» и в 2010 году стал одним из самых популярных вирусных роликов в сети, набрав более 4 млн. просмотров только на видеохостинге youtube.com. Он в юмористическом аспекте показывает последствия злоупотребления алкоголем в виде «белой горячки». «Вирус» спровоцировал ряд пародий, волну сообщений в СМИ (в т.ч. зарубежных), был неформально признан лучшим рекламным роликом в России в 2010 году Интернет-порталом Sostav.ru и получил более 50 наград. В настоящее время ролик продолжает оставаться актуальным.

Светлана ОРЛОВА, зампред Совета Федерации, ведущая:

- Сегодня мы обсуждаем с вами законопроект – вопрос об охране здоровья граждан Российской Федерации. Вы знаете, это не первый законопроект, который мы обсуждаем в открытом режиме, обсуждаем вместе с общественными организациями, представителями различных территорий Российской Федерации, с теми, кто профессионал в том или ином направлении. Так мы делали и по закону о жилищном кодексе, и по законам, связанным с правами женщин и детей.

Сегодня это один из ключевых законопроектов, который очень активно обсуждается в обществе на различных площадках, среди медицинской общественности, в медицинских учреждениях, в наших поликлиниках – практически никто не стоит в стороне от этого законопроекта. Почему? Потому что это здоровье граждан. И правительство открыто сегодня для таких дискуссионных площадок. И вы знаете, что на съезде, где выступал Владимир Владимирович Путин, было принято решение, что мы вот так открыто еще раз обсудим этот законопроект.

Сегодня здесь присутствуют все, кто хорошо владеет этой темой, те, кто признан сегодня нашими пациентами. У нас на связи будут города Красноярск, Тамбов, Белгород, Тюмень, Владивосток, Волгоград, Саратов и Благовещенск. Вообще сегодня нас с вами слышит вся Россия – все 83 региона. Все приемные Владимира Владимировича Путина сегодня включены, и в них также находятся представители «Народного фронта», медицинских общественных организаций, пациенты, те люди, кому небезразлична сегодня судьба этого законопроекта. Поэтому, если вы не возражаете, давайте построим работу таким образом: основным докладчикам я дам минут по 10-15, прения – до 7 минут, потому что за 5 минут мало что можно будет сказать. Не уйдем, пока все не выступят, пока все не выскажут свою точку зрения. Поверьте, это очень важно. Закон очень ощутимый, он касается каждого россиянина – и маленького, и большого, и среднего возраста. Поэтому сейчас я предоставляю слово Министру здравоохранения и социального развития Татьяне Алексеевне Голиковой. Пожалуйста, Татьяна Алексеевна.

Татьяна ГОЛИКОВА, Министр здравоохранения и социального развития РФ:

- Уважаемая Светлана Юрьевна, уважаемые коллеги, я признательна за то, что нас пригласило на обсуждение этой важной темы одно из ведущих учреждений.

Сегодня нам бы хотелось поговорить об основных элементах этого законопроекта и обсудить те темы, которые так или иначе были предметом дискуссии – и до внесения законопроекта Правительством Российской Федерации в Государственную Думу, и в процессе его обсуждения в Государственной Думе, и сейчас это обсуждение еще не завершено.

Почему нам понадобился новый закон об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации? Первое, о чем я хочу напомнить – предыдущий закон был принят в 1993 году. Фактически прошло 18 лет с момента его принятия. И я хотела бы обратить внимание, что за этот сложный период изменились и законодательные, и социальные, и экономические условия, в которых работает система здравоохранения. Произошло разграничение полномочий между органами власти. Появилось много технологий, много направлений в сфере здравоохранения. Но, к сожалению, всё это на сегодняшний день остается за рамками законодательного регулирования. В ряде случаев это существенно тормозит развитие нашей отрасли, и в конечном итоге не позволяет оказывать людям ту помощь, которую технологически и научно уже можно оказывать.

Потому эту ситуацию необходимо менять и проводить эти изменения в соответствии с новыми условиями и вводить новые правовые основы, новые элементы, которые приобрела система здравоохранения в течение прошедших 18 лет.

И, конечно, я не могу не сказать о том, что год назад был принят закон «Об обязательном медицинском страховании в Российской Федерации». Он создает финансовую основу для развития здравоохранения. И теперь мы должны принять закон об основах охраны здоровья граждан, который закладывает именно правовую основу функционирования системы, адекватную нынешним условиям.

Этот закон даст возможность не просто развить, а, по сути, принять другие законы, которых невозможны без этого закона. В первую очередь я говорю о законе о донорской крови и ее компонентах – законопроект практически готов для внесения в Думу; закон о донорстве и трансплантации органов – он находится в очень высокой степени готовности; закон о биомедицинских клеточных технологиях и один из самых ключевых законов – закон о страховании пациентов от медицинских ошибок. Это законодательные акты. Но не менее важен практический план.

В практическом плане закон об обязательном медицинском страховании дал старт одному из серьезных направлений в современном здравоохранении – это принятие и реализация программ модернизации здравоохранения. И реализация очень многих элементов, которые сегодня включает законопроект об основах охраны здоровья граждан, возможна именно в программах модернизации здравоохранения. И здесь я хочу сказать, что мы признательны площадке «Народного фронта» за то, что она поставила этот законопроект в приоритеты, наряду с другими инициативами и другими проблемами, которые обсуждаются – такими, скажем, как народный бюджет. Тема основ охраны здоровья граждан чувствительна для всех 143 миллионов наших соотечественников.

Этот законопроект мы обсуждали на разных площадках – с июля 2010 года. Мы провели крупное обсуждение в Государственной Думе, Общественной Палате, в Совете Федерации, Российской академии медицинских наук, в федеральных органах исполнительной власти и органах власти регионов Российской Федерации, Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений, Совете общественных организаций по защите прав пациентов. В результате обсуждений четыре раза закон претерпевал различные изменения. Даже сейчас, на этапе обсуждения, мы продолжаем интерактивное обсуждение на публичной площадке Министерства здравоохранения и социального развития – на сайте министерства. В результате получены тысячи предложений. Многие из них уже сейчас учтены рабочей группой Государственной Думы, Федерального Собрания Российской Федерации. Я хочу проинформировать вас, что по последним результатам интерактивного обсуждения на сайт пришло более 2000 комментариев. Какие статьи вызвали по содержанию самое широкое обсуждение у общественности? Искусственное прерывание беременности – 533 обращения; основные понятия, используемые в законе – 121; обязанности граждан в сфере охраны здоровья – 93; донорство органов и тканей человека и их трансплантация – 73; право на медицинскую помощь – 64; ограничения, налагаемые на медицинских и фармработников – 59; предмет регулировании данного закона – 52; права семьи в сфере охраны здоровья граждан – 46; соблюдение врачебной тайны – 45; недопустимость отказа в медицинской помощи – 40.  Почему я ранжировала эти обращения? Так сложилось по факту, но мне бы хотелось остановиться на ключевых моментах, которые стали предметом обсуждения на всех площадках, и обратить внимание всех присутствующих на то, какое разрешение эти темы получили и в процессе подготовки законопроекта, и в процессе его обсуждения в Государственной Думе.

Первое, о чем я хочу сказать, – закон в целом предусматривает системный подход к организации здоровья граждан, который бы позволил обеспечить равный и своевременный доступ граждан к качественной медицинской помощи. Для этого в законе взаимоувязаны следующие единые требования: инфраструктура и организация медицинской помощи через трехуровневую инфраструктуру, единые требования к территориальному размещению, структуре территориальной программы государственных гарантий оказания гражданам бесплатной медицинской помощи, порядки и стандарты, технические регламенты, санитарно-гигиенические требования, наконец, аккредитация медицинских работников и обоснование финансового обеспечения.

Очень долго и в Государственной Думе, и на площадке правительства мы обсуждали принципы охраны здоровья граждан. В связи с этим я хочу сказать, что новый законопроект – самый пациентоцентрированный в истории России. Принципы активно обсуждались заинтересованными сторонами и широкой общественностью. В результате их список, уже в Государственной Думе, был расширен с пяти до девяти.

Какие же ключевые получили отражение в законопроекте? Это:

• соблюдение прав человека и гражданина в сфере охраны здоровья граждан и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий;
• приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи;
• приоритет охраны здоровья детей;
• социальная защищенность граждан в случае утраты здоровья;
• ответственность органов государственной власти и местного самоуправления, должностных лиц, организаций за обеспечение прав граждан в области охраны здоровья;
• доступность медицинской помощи; недопустимость отказа в медицинской помощи;
• приоритет профилактики в сфере здоровья граждан и соблюдение врачебной тайны.

Я бы хотела обратить внимание на тему профилактики. В статье 9 устанавливается принцип приоритетности профилактических мероприятий в сфере охраны здоровья граждан. Это не означает,  что лечение и последующая реабилитация будут ущемлены – нет. Принцип подчеркивает приоритетное место профилактики в сохранении здоровья людей, так как опыт российского и мирового здравоохранения говорит о том, что предупредить заболевание гораздо проще и эффективнее, чем его лечить. В соответствии с мировой практикой мы включили формирование здорового образа жизни в профилактику. И в соответствующей статье 26 прописали основные механизмы профилактики и формирования здорового образа жизни. И именно этот приоритет, я подчеркиваю, приоритет формирования здорового образа жизни, логически определяет направленность законопроекта как законопроекта об основах охраны здоровья граждан.

Следующая тема, которая вызвала широкую дискуссию – это разграничение полномочий. Вы знаете, что согласно предыдущему закону, который уже принят, полномочия по организации медицинской помощи в соответствии  с территориальной программой государственных гарантий и по развитию сети медицинских организаций возлагаются на органы исполнительной власти субъекта Российской Федерации. Но при этом органы местного самоуправления отвечают за создание условий для организации такой медицинской помощи. И соответствующим профильным комитетом Государственной Думы мы сформулировали необходимые поправки, которые дают возможность регионам Российской Федерации принимать в отношении муниципалитетов такие законы.

Но сделано еще три существенных дополнения по этой теме. Первое дополнение касается того, что если полномочия субъекта Российской Федерации делегируют полномочия местному самоуправлению (а так, судя по информации, которую мы получаем от регионов, будут делать многие субъекты), то для этого не нужно переоформлять никакие имущественные отношения, имущество так и остается в собственности муниципалитетов при условии делегирования полномочий.

Вторая существенная часть – медицинские фармацевтические работники, работающие в государственной системе здравоохранения регионов, сохраняют право пользования теми служебными помещениями, которые предоставляли им муниципалитеты, когда они были исключительно муниципальными служащими.

И третье: лицензии на организацию деятельности медицинских учреждений, которые были выданы им как для учреждений муниципальной системы здравоохранения, сохраняются до их завершения, то есть до завершения того срока, на который они были выданы. И только потом идет обычная процедура выдачи лицензий.

Немаловажная тема, которая тоже вызвала серьезное обсуждение, это развитие сельского здравоохранения. Еще раз хочу подчеркнуть, что эта тема связана с принятием других законов – закона об ОМС и закона о внесении изменений в отдельные законодательные акты в связи с принятием закона об ОМС. И здесь я хочу в первую очередь сказать, что изменения и темпы или эффективность развития сельского здравоохранения зависят от программ модернизации здравоохранения. Что мы здесь на сегодняшний день имеем? Среди тех мероприятий, которые призваны обеспечить доступность и качество медицинской помощи на селе – модернизация; открытие 1093 новых фельдшерско-акушерских пунктов; 1381 офиса врачей общей практики; 226 врачебных амбулаторий; открытие дополнительно к существующим 400 межмуниципальных центров; ремонт более 1000 ЦРБ и участковых больниц – это 84,8% от сегодня существующих; 234 амбулатории; оснащение медицинским оборудованием более 1150 центральных районных больниц, районных и участковых больниц и более 300 амбулаторий. Это те задачи, которые поставлены на ближайшие два года. Это архисложные задачи, но я думаю, что совместными усилиями, в том числе созданием законодательных оснований для решения этой проблемы, мы их сможем решить.

Следующая проблема, которая также вызвала достаточно широкое обсуждение – это виды помощи, оказываемые по закону бесплатно. В публичном пространстве очень многими высказывались мнения, что из-за введения понятий о платной и бесплатной помощи закон ведет к платному здравоохранению. Мы провели, еще раз говорю, много обсуждений, много разъяснений. Еще раз в этой аудитории хочу подчеркнуть, что он закрепляет конституционный принцип о бесплатной помощи, установленный в 41-й статье Конституции, и расширяет его. И в соответствии с пунктом 2 статьи 81 этого законопроекта, в рамках программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи предоставляются:

• первичная медико-санитарная помощь, в том числе доврачебная, врачебная и специализированная;
• специализированная, в том числе высокотехнологичная медицинская помощь;
• скорая, в том числе скорая специализированная медицинская помощь и паллиативная медицинская помощь.

И самое главное – при предоставлении всех этих видов помощи лечение обеспечивается за счет тех препаратов, которые включены в перечень жизненно важных и необходимых лекарственных препаратов, которые также в соответствии с программой государственных гарантий предоставляются бесплатно.

Теперь о порядках и стандартах. Впервые на законодательном уровне раскрываются понятия порядка и стандарта оказания медицинской помощи. При этом в предлагаемой закрепляется содержание порядка медицинской помощи. По сути, порядок является алгоритмом оказания медицинской помощи, предписывающим этапность, необходимый уровень компетенции медицинских работников и оснащение на каждом уровне.

Что касается стандарта, то он определяет совокупность медицинских услуг, лекарственных препаратов для медицинского применения, медицинских изделий и иных компонентов, применяемых при оказании медицинской помощи. И здесь я хочу подчеркнуть ключевое значение именно стандартов.

Наши стандарты, которые мы разрабатывали с ведущими специалистами в различных сферах (некоторые из них здесь присутствуют) – это принципиально новое поколение стандартов, которое дает возможность в рамках программ модернизации здравоохранения повысить заработную плату медицинских работников, уровень лекарственного обеспечения, уровень обеспеченности расходными материалами и так далее. Нам как воздух необходимо двигаться по этому направлению. Врачи, медицинский персонал – они ждут этих решений, потому что от этого зависит их материальное благосостояние. И дальнейшее затягивание этого процесса будет вести к росту недовольства с их стороны.

Следующий существенный элемент – это право граждан на выбор врача и медицинской организации, которое тоже закреплено в законе. Этот принцип был и раньше, но, к сожалению, он носил декларативный характер и никогда не был реализован в полном объеме. Сейчас в законопроекте раскрыт механизм реализации этого права на выбор врача и медицинской организации в рамках программы государственных гарантий. И здесь я хочу сказать, что в законопроекте предлагается установить управляемый выбор во избежание перезагруженности медицинских организаций и узких специалистов. Механизм управляемого выбора позволит сохранить сбалансированную систему охраны здоровья граждан и медицинской помощи.

Еще один очень чувствительный вопрос, который, казалось бы, никогда не был привлечен к реализации его в законодательном поле – это паллиативная помощь. Впервые в законодательстве Российской Федерации это направление  появляется как вид медицинской помощи. Дано определение паллиативной помощи: это комплекс медицинских вмешательств, направленных на избавление от боли и облегчение других тяжелых проявлений заболевания с целью улучшения качества жизни неизлечимых больных. И что самое главное, паллиативная помощь перестает быть нелегальной, она финансируется за счет системы обязательного медицинского страхования.

Следующая тема – ее знают все и очень хорошо – это семь затратных нозологий, которые сегодня финансируются из федерального бюджета практически на 100%. И сопутствующая тема – тема редких (орфанных) заболеваний.

Впервые по семи затратным нозологиям создается расходное полномочие Российской Федерации. Это значит, что Российская Федерация в полном объеме обеспечивает больных, страдающих этими тяжелыми недугами.

Что касается редких заболеваний, в законе впервые в российской истории вводятся критерии орфанных (редких) заболеваний. Второе – то, что о чем нас просили пациентские сообщества (многие здесь присутствуют, редакцию мы вырабатывали вместе с ними) – на федеральном и региональном уровне ведутся соответствующие регистры больных. И третье, что еще более существенно: поэтапно государство в лице Правительства Российской Федерации берет на себя ответственность за расширение перечня семи нозологий, то есть включение орфанных (редких) заболеваний в список, будем так говорить, тех обязательств, которые финансируются из федерального бюджета.

И сегодня я хочу снять беспокойство уважаемого Юрия Александровича. Еще один, может быть, не такой важный, но сущностный момент – это донорство органов и их трансплантация. Вы все знаете, что на настоящий момент в России запрещено детское донорство органов. Мы тратим огромные средства для того, чтобы направить больных за рубеж, хотя здесь существенную роль играет время. И мы можем смело сказать, что наши ведущие специалисты – вот здесь Лео Антонович, мы с ним уже много лет по этому поводу говорим – готовы это делать и успеют это с елать. И если мы узаконим донорство детских органов, то спасем тысячи наших детей.

В связи с этим мы очень аккуратно (и это обсуждалось) и дифференцированно подошли к этой проблеме. Первое – то, что касается взрослых: предусмотрена возможность при жизни выразить свое волеизъявление о согласии или несогласии на изъятие органов и тканей из своего тела после смерти. Если такого волеизъявления взрослым человеком не было осуществлено, то несогласие после его смерти могут выразить супруг или близкие родственники.

Что же касается несовершеннолетних, в случае их смерти, изъятие их органов для последующей трансплантации возможно только на основании законного представителя – только родителя, никаких других законных представителей, никаких попечителей. Единственный, кто может дать такое согласие – это родитель. Это принципиально важно, это существенный элемент нашего законопроекта.

Система подготовки медицинских и фармацевтических кадров – все регионы отлично знают эту проблему. У нас в ряде регионов катастрофически не хватает просто врачей – вчера я это наблюдала в республике Дагестан. В отдельных регионах не хватает узких специалистов. Поэтому вопреки существующей традиции элементы, которые присущи образованию, мы внесли именно в закон об охране здоровья граждан. И здесь я хочу сказать, что для медицинских и фармацевтических работников как никогда важно практическое образование. В последние годы в ряде медвузов была потеряна клиническая база, а в других созданы факультеты совсем без клинической базы. В итоге выпускники таких вузов первый раз встречаются с больными только тогда, когда выходят в практическую жизнь. Но они еще не готовы работать с пациентами и нести полноценную ответственность за нитх.

Для введения обязательной практики в процесс образования в соответствующей статье закона прописаны особенности практической подготовки медицинских и фармацевтических работников в клиниках и на базе клинических баз. И что самое главное, у нас появляется возможность принять Положение о клинической базе в соответствующих факультетах медицинских вузов.

Во-вторых, вводятся требования к медицинским организациям, которые могу быть клинической базой для подготовки кадров – требования устанавливаются соответствующим органом власти.

И, наконец, прописывается последующая процедура аккредитации медицинских специалистов – в этом направлении мы двигаемся, как международное сообщество. Здесь нельзя ограничиваться образованием и созданием условий. Мы должны задуматься над тем, что молодые специалисты, которые выходят в практическое здравоохранение, которые очень много лет посвятили своему профессиональному образованию, конечно, должны получать достойную заработную плату. И я думаю, что это наша с вами первоочередная задача, над которой мы должны сегодня работать.

Есть еще одна тема: ограничения, налагаемые на медицинских и фармработников при осуществлении ими профессиональной деятельности. Недавно мы со Светланой Юрьевной были свидетелями того, как конкретные лекарственные препараты не допускаются на рынок, в то время как другим лекарственным препаратам отдается соответствующее предпочтение. Во избежание таких ситуаций – а в ряде случаев такие контакты не приносят пользы и пациенту – в закон введены соответствующие нормы.

И еще одна тема, о которой бы я хотела сказать – совместное пребывание родителей с детьми. Вы прекрасно знаете, что на сегодняшний день существует правовой пробел. Сегодня в ряде случаев есть уникальные ситуации, когда пребывание родителей с ребенком для главврачей больниц оборачивается нецелевым использованием средств, если они задействуют какие-то ресурсы. И в этой связи мы, опять же совместно с пациентскими организациями, сформулировали новую редакцию. Звучит она так: одному из родителей, иному члену семьи или законному представителю предоставляется право бесплатного нахождения с ребенком в медицинской организации при оказании ему медицинской помощи в стационарных условиях на протяжении всего периода лечения, независимо от возраста ребенка.

При совместном нахождении в медицинской организации в стационарных условиях с ребенком в возрасте до 3 лет включительно, а с ребенком старшего возраста при наличии медицинских показаний всё это осуществляется за счет средств системы обязательного медицинского страхования. Это принципиально важно, потому что это снимает серьезные проблемы с главврачей лечебных учреждений. Вводится система государственного ведомственного и внутреннего контроля в соответствии именно с таким уровнем подчиненности.

И что самое важное, и что сегодня тоже является предметом обсуждения, и мы находимся, я надеюсь, в конструктивной дискуссии с нашими профсоюзами, – это социальная защищенность работников, которые трудятся в сельской местности. Это та норма, которая не совсем, но почти, можно сказать, утратила законодательную силу с принятием 122-го закона. И сейчас нам принципиально важно выработать корректное решение и в другом законе, в законе о бюджете, предусмотреть необходимые финансовые ресурсы для решения этой проблемы.

И в заключение. Очень много дискуссий по поводу того, а что будет, если мы не будем принимать закон сейчас. Хочу сказать сразу: не заработает то количество законов, которые на сегодняшний день уже приняты по факту. Мы остановим те необходимые законопроекты, о которых я говорила в начале. А те законопроекты более существенны с точки зрения современного инновационного развития российского здравоохранения. Это новый уровень его развития и новый уровень понимания в нашем с нами сознании. Система здравоохранения при непринятии закона остается лоскутной, а не системной. Останутся вне правового поля такие важные вопросы, о которых я говорила, как паллиативная помощь, орфанные заболевания, семь затратных нозологий, трансплантация, образование и переподготовка наших специалистов. И что очень важно – программа модернизации здравоохранения на этот период времени просто забуксует, а люди ждут этого и просят, чтобы мы поскорее все вместе по этому направлению определились. У меня всё, спасибо. Я готова отвечать на любые вопросы.

Светлана ОРЛОВА, ведущая:

- Татьяна Алексеевна, спасибо за такой подробный доклад. Я думаю, что мы построим таким образом: все выступят, будут задавать вопросы, Татьяна Алексеевна будет фиксировать, а потом в конце мы дадим ей время на ответы. Вы знаете, наш законопроект активно обсуждается на всех площадках, и у нас есть и активные члены медицинской общественности, и главные врачи, которые работают в этой сфере. Я хочу слово предоставить Леониду Михайловичу Рошалю – директору НИИ неотложной детской хирургии и травматологии. Пожалуйста, Леонид Михайлович.

Леонид РОШАЛЬ, директор НИИ неотложной детской хирургии и травматологии:

- Добрый день, друзья. Я выступаю не как директор Института, а как член координационного совета «Народного фронта». Мы выступили в «Народный фронт» для того, чтобы дать возможность выслушать и иные точки зрения. То, что этот закон нужно принимать – копья не нужно ломать. Мы должны создать площадку свободного обсуждения. А сегодня это сделать, говорю откровенно, немножко сложно – административное давление беспрецедентно в плане обсуждения. Мы говорим, что мы год и больше обсуждаем. Но как мы обсуждаем? То обсуждение, которое было в Общественной палате, то обсуждение, которое было в Думе – я с глубоким уважением отношусь к людям, которые выступали, и они правильно говорили свои замечания, но если ни одному присутствующему в зале серьезному оппоненту не было дано слово – это никуда не годится. Мы говорим, что мы обсуждаем. И только буквально шесть дней тому назад или четыре, впервые с привлечением общественности был рассмотрен вопрос распределения полномочий. И фактически только сейчас, когда закон перешел в Думу, были привлечены общественные организации, для того чтобы поработать над этим законом. И то представитель одной организации встал и сказал, что я больше сюда приходить не буду, потому что было совершенно невозможно, чтобы тебя услышали по каким-то отдельным пунктам. Бывают разные точки зрения. Врагов здесь нет совершенно. То, что сказала Татьяна Алексеевна в своем докладе, мы знаем и неоднократно слышали. То, что положительное есть в законе – есть в законе положительное, я присоединюсь к этому. Можно закон принять вот сейчас сию секунду? Собрать Думу и принять – можно. Но мы говорим ведь не об этом, мы говорим о качестве того, что мы принимаем, есть ли какие-то упущения в этом законе. Мы можем научиться на своих собственных ошибках, на ошибках быстротечного принятия закона – мы это можем сделать. И потом сегодня по ОМС мы имеем проблемы, и по разграничению полномочий мы имеем проблемы. Мы таким образом написали закон, что руководители муниципальных учреждений не отвечают за здравоохранение. Я не хочу говорить о тех вопросах, которые нуждаются в обсуждении, я думаю, сегодня они должны прозвучать. Вот я смотрю напротив сидят – я даже вижу, кто сейчас поднимет руку и скажет: надо сейчас принимать закон. Ну, давайте мы по-другому подойдем один раз. Давайте мы посмотрим, какие риски он несет, что нужно еще расширить. Не будем суетиться, не будем бежать. Я хочу сделать одно заявление, касающееся непринятия этого закона и остановки модернизации. На основании тех законов, которые уже есть, модернизация будет продолжаться. Модернизация идет, и закон к этому никакого отношения не имеет абсолютно. Орфанные заболевания как получают деньги, так и будут получать. Принципиально в сегодняшнем виде он абсолютно не мешает. И вот то, что я сейчас сказал – это не мое личное мнение, это мнение после обсуждения. Вот эта – называю, как оно есть – административная гониловка на то, чтобы быстро-быстро всё сделать, приводит к большим вопросам. Даже Зурабов возражал против введения новых форм – автономных учреждений и бюджетных новых форм. Он возражал или нет? Приняли. Ну, хотя провели бы какие-то пилотные проекты в 3-4 регионах всенародно обсужденные и показали: да, это нам хорошо. Что же страну бросать в омут так, ну? И к этому вопросы тоже надо будет подойти очень осторожно. Здесь противников нет, еще раз говорю, закона. Здесь сидят люди, которые в дискуссионном плане будут предлагать, если дадут слово, надеюсь. И по регионам дадут слово, да? Если в регионах во всех будут сидеть министры здравоохранения, надо иметь большое мужество, очень большое мужество, чтобы сказать свою точку зрения на это. Почему мы так боимся профессиональных споров? Почему мы так боимся своего мнения высказать? Почему мы живем и работаем с оглядкой? Мы же не против России, не против Конституции. Мы же совсем по-другому, мы профессиональные вопросы обсуждаем. А профессиональные вопросы должны обсуждать открыто профессиональные общества. Я очень ценю тех, кто имеет иное мнение, не согласное со мной – это замечательно, здорово. Значит, надо с ним найти возможность и площадку поговорить. Вот поэтому Народный фронт есть, вот поэтому только, чтобы народу дать говорить и защитить тех, кто говорит, чтобы у них последствий каких-то не было – чтобы завтра с работы не уволили или еще что-то такое не сделали. Вот это, думаю, очень для всех для нас важно. Нас смотрит вся страна. И нужно сделать так, чтобы закон, который мы примем, был качественным и был с одобрением принят народом и населением всем, чтобы не оставлял никаких двусмысленностей – нормальный хороший закон. Я 4 раза прочитал об отношении платного к бесплатному – я не понял, когда платно, когда бесплатно. Значит, такой (…) и всё. Надо очень четко всё прописывать, очень четко. Давайте мы сделаем один закон – не будем бегать – но без всяких недостатков. И обсуждение должно быть продолжено. Да, действительно 2100 на сайте Минздрава предложений различных, и на Президентском, и в Думе. Но я спрашиваю, кто вообще эти все – не по числу, а по содержанию? Какая методика у нас есть разбора этих предложений? Не сгруппировал по… а рабочей группой думал. Я спросил представителя Минздравсоцразвития: вы провели анализ глубокий вот этого всего? Нет, мы будем проводить. Это когда? Можно миллион сделать замечаний. Но если мы не умеем с ними – надо систему какую-то выработать у нас в обсуждении этих вопросов. Я очень надеюсь, что сегодня у нас будет конструктивный разговор, нормальный разговор. Давайте сделаем так, чтобы закон был хорошим, настоящим. Я благодарю всех, спасибо.

Светлана ОРЛОВА, ведущая:

- Спасибо большое, Леонид Михайлович. (…)в рамках «Народного фронта» и в регионах присутствуют представители всех общественных организаций. И я думаю, что сегодня открытая работа правительства, открытая, я бы сказала, принципиальная работа Председателя Правительства Владимира Владимировича Путина – он отвечает на все острые вопросы, жизненные – и этот стиль сегодня очень важны. И здесь мы дадим высказаться всем. Я это сказала в начале – и это очень важный фактор. Не первый закон мы обсуждаем, и ничего главнее в жизни, чем законы нет, да? А этот касается практически всего населения России, поэтому он так активно и обсуждается. Если вы, коллеги, не возражаете, я бы сейчас дала слово Борзовой Ольге Георгиевне.

Валерий ЧИССОВ, директор Московского научно-исследовательского онкологического института им П.А. Герцена, академик РАМН, главный специалист онколог Минздравсоцразвития России:

- У меня вопрос такой: «Кто такой Рошаль?». Мы все здесь равные, и насколько я понимаю, мы собираемся обсуждать. Я хочу тоже спросить у вас. Если вы что-то не понимаете, это не значит, что непонятно написано. И вот ваше выступление – вы дали предложения, на какие конкретно ваши предложения по закону вы не получили согласия? А так разговаривать и демагогией заниматься мы можем много и долго.

Светлана ОРЛОВА, ведущая:

- Валерий Иванович, давайте мы так договоримся: Леонид Михайлович и Татьяна Алексеевна в конце ответят на все вопросы. Давайте уважать друг друга и уметь слушать, даже если вам эта точка зрения не нравится. Мы собрались обсудить законопроект, и мы сегодня дадим слово выступить каждому, кто здесь присутствует, кто в регионах, кто хочет высказать предложения, кто хочет согласиться, кто хочет высказать сомнения. Это сложный процесс – договариваться, поверьте. Леонид Михайлович и Татьяна Алексеевна будут фиксировать и в конце ответят на все вопросы. А сейчас -законопроект обсуждался на площадке Думы, были парламентские слушания в Думе, в Совете Федерации, во всех регионах, в медицинской общественности – я бы хотела дать слово Ольге Георгиевне. Ольга Георгиевна, только помните, что 7 минут по графику – я жестко буду прерывать. Краткость – это тоже сестра таланта. Если вы в теме, то вы умеете сказать главное и кратко. Пожалуйста.

Ольга БОРЗОВА, председатель Комитета Государственной Думы по охране здоровья:

- Добрый день, уважаемые коллеги, уважаемая Светлана Юрьевна, уважаемые участники такого расширенного повторного обсуждения проекта федерального закона об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации. Позвольте мне от имени комитета, прежде всего, вас поблагодарить за то, что повторно мы возвращаемся к закону, который значительно преобразился с первого до второго чтения. Вы знаете, наверно, такое широкое живое обсуждение в обществе, прежде всего, вызвано тем, что он касается каждого россиянина, что он зайдет в каждую российскую семью, где все здоровы и где есть больные, которые нуждаются в медицинской и социальной помощи. Целесообразность принятия данного закона ни у кого не вызывает сомнения. Да, невозможно проводить системные преобразования, реформирование здравоохранения, его модернизацию в рамках старого законодательства. Двадцать пять раз менялись наши основы, и всё равно имеют место глубочайшие правовые коллизии, не дающие возможность осуществлять механизмы реализации законодательных норм, которые прописаны в таких важнейших законах, как закон об обращении лекарственных средств, закон об обязательном медицинском страховании, об изменении возможности финансирования медицинских услуг на протяженности всей страны и проведении модернизации здравоохранения. Учитывая такой огромный колоссальный общественный резонанс закона, социальную значимость, конечно, перед депутатами стояла огромная задача и огромная ответственность, как организовать работу на площадке Государственной Думы. Вы знаете, мы работали в рамках регламента Государственной Думы, и работали интенсивно. Я хочу подчеркнуть: интенсивно. До первого чтения все, каждый депутат нашего Комитета пошел в Общественную Палату, пошлел сам, когда проводилась общественная экспертиза. Пошли послушать, что говорит наше гражданское общество, что говорят общественные организации, какие замечания делают. Мы провели парламентские слушания. Да, к сожалению, не все могли выступить на парламентских слушаниях. Более 200 человек приехало – такая огромная активность. Предложения были даны, опубликованы на сайте, в том числе, и нашего комитета. Но к чему, какое резюме перед первым чтением сделали депутаты нашего комитета? Первое: концепция законопроекта поддерживается. Второе: законопроект нуждается в очень глубокой доработке перед вторым чтением. 31 мая мы принимаем закон в первом чтении. Фракция «Единая Россия» поддерживает полностью этот законопроект, и начинаем работать с рабочей группой. Я не оговорилась, сказав о том, что мы работали в рамках регламента Государственной Думы. Но я и хочу сказать, что мы расширяли эти рамки. И те подходы, которые были предприняты в формировании рабочей группы, привлечении всех, кто говорил и за и против. Мы разделили работу рабочей группы на две подгруппы, каждая из которых занималась наибольшим числом предложений, которые поступили и в Минздравсоцразвития, и к нам, и в Общественную Палату. Первая подгруппа занималась вопросами разграничения полномочий, вторая подгруппа – общими медицинскими вопросами. Хочу сказать о формировании рабочей группы. Мы просили, привлекали не только наших ученых, не только нашу Академию медицинских наук, министерство, ассоциацию, как я сказала, мы привлекали людей с мест. И не боялись, чтобы нам люди с мест говорили, что не так. У нас были серьезные замечания со стороны комитетов-соисполнителей.

Каково резюме работы нашей рабочей группы? В течение этого периода – 58 поправок, некоторые будут чисто по текстуре разделены. 60 таких поправок уже рабочая группа приготовила к тому, чтобы внести в закон – это важнейшие поправки. Татьяна Алексеевна и Леонид Михайлович останавливались на некоторых моментах. Но я хотела сказать: Татьяна Алексеевна сказала, что 9 принципов. Вот почему из этих 9 принципов 2 наиболее существенных, без которых не может быть принят этот закон. Это вопрос социальной защиты в случае утраты здоровья. Не может в социальном государстве гражданин и пациент не иметь защиту. И я думаю, все участники нашего обсуждения, члены общероссийского «Народного фронта», где сконцентрированы все беды нашего здравоохранения, нашего общества, небезразличны, как могут не поддержать эти идеи. Мы взяли и внесли важнейший принцип отечественного здравоохранения – это ответственность государства. Важнейший постулат, без которого невозможно построение того вида помощи, который формируется в нашем законе. Уважаемые коллеги, подробно остановились на разграничении полномочий. И я хотела бы сказать: да, внесли четыре существенных момента, которые вызывали тревогу и у субъектов Российской Федерации и у муниципалитетов. И 24 июня мы провели круглый стол, куда приглашали и мэров и руководителей – глав муниципальных администраций – подержанно. Мы только что вернулись из своих субъектов, и я остаюсь под впечатлением двух встреч, которые провела у себя в регионе – в моей Ростовской области. На площадке пригласили депутатов Законодательного собрания и региональное отделение общественной организации по местному самоуправлению. Так вот, конструкция, предлагаемая в части принятия законов субъектов Российской Федерации своих, с учетом индивидуальных особенностей территорий – коллеги, это возможность делегирования функций с тем, что мы оставляем собственность – это выход. То, что оставляем ведомственное жилье – это тоже выход. Вы знаете, очень важно не только урегулирование вопросов, связанных с пребыванием…

Светлана ОРЛОВА, ведущая:

- Ольга Георгиевна, одна минута.

Ольга БОРЗОВА, председатель Комитета Государственной Думы по охране здоровья:

- Вы знаете, «Народный фронт» – это активность нашего общества. Медицинское сообщество и немедицинское сообщество – все принимают участие в обсуждении проблем. Но знаете, на площадку нашей приемной Владимира Владимировича Путина в Ростовской области пришли ассоциации – их было две, каждую из которых возглавляют самые опытные руководители учреждений здравоохранения Ростовской области, и там были медики, и пришли еще и не медики. Вы знаете, что сказали, что надо внести в нашу программу общероссийского «Народного фронта»? Здоровье – это национальный приоритет. И то, что мы сегодня обсуждаем, направлено на то, чтобы этот национальный приоритет обрел рамки закона. Благодарю за внимание.

Светлана ОРЛОВА, ведущая:

- Спасибо, Ольга Георгиевна. Сейчас я хочу предоставить слово Кузьменко Михаилу Михайловичу, председателю профсоюза медицинских работников. Пожалуйста, Михаил Михайлович.

Михаил КУЗЬМЕНКО, председатель Профсоюза работников здравоохранения Российской Федерации:

- Большое спасибо. Действительно нужен закон. Но я не перестаю повторять: мы можем сейчас построить всё, что угодно – дворцы построить можем для здравоохранения, мы оснастим их великолепным оборудованием. Кто там будет работать? К сожалению, я просто смотрю – не работает сейчас министерство, да, ищет подходы. Я был одним из разработчиков предыдущего закона. И по сравнению с тем законом фактически потеряны многие позиции, о которых, я уже говорил, наверно, мы будем договариваться…

Светлана ОРЛОВА, ведущая:

- Нет, вы сейчас озвучьте какие – это же важно.

Михаил КУЗЬМЕНКО, председатель Профсоюза работников здравоохранения Российской Федерации:

- Прежде всего, Татьяна Алексеевна уже повторила, к сожалению, у нас из 122-го закона просто выпала социальная поддержка села. Если у нас вообще не хватает кадров, в принципе, то населению, извините, все 50-60%. И получается такое, что работает в месте учитель, работает в месте врач. У учителя всё сохранено, даже после 122-го закона, а у медика ничего нет. Ну, разве это не та вещь? Тем более не с той зарплатой, о которой мы говорим, была бы шикарная зарплата – наверно, никто не ставил бы этот вопрос.

Следующий вопрос, который тоже был в законе, мы его потеряли – это страхование в случае смерти или потери здоровья ряда категорий. Да, ряд категорий есть. В психиатрии есть свой закон, ВИЧ – есть свой закон, туберкулез – есть свой закон. Но у нас есть статистика, что людей убивают. Сотрудников скорой помощи, аптечных работников, когда нападают на аптеки, работников санветслужбы. Я сейчас не буду всех перечислять, потому что в 2006 году фактически на основании этого закона было Постановление Правительства, где был утвержден этот перечень. Сегодня мы его убираем – зачем? Неужели это не тот вопрос? Надо сказать: ребята, мы о вас заботимся. И в случае чего, ваша семья не останется без средств. Надо эти серьезные вещи говорить.

Следующий вопрос, который тоже, в общем-то, вроде бы в законе кое-как определен – не в этом законе, в других. Я говорю о том, что зарплата… Да, мы сейчас начали переходить на новую систему оплаты труда. К сожалению, мы перешли так, что практически в большинстве территорий не были выделены средства на внедрение этого закона. И что мы получили? Мы разрешили устанавливать базу оплаты, в принципе, всей системе здравоохранения – в каждом лечебном учреждении свою, начиная от села, от деревни. И что у нас получается? Что у нас сегодня вот такие вещи идут, что сегодня санитарка, медсестра и начинающий врач фактически получают одинаковую заработную плату. А почему? Мы говорим: стандартам оказания медицинской помощи, стандартам качества должны соответствовать и стандарты оплаты труда. Не зря мы в свое время внесли в трудовое законодательство об утверждении базовых окладов. То есть тех окладов, где гарантирован тот минимум за то государственное задание, которое дано им. Почему этого не сделать? Тем более, сегодня средства есть, фонды зарплаты будут увеличены в связи с модернизацией. Наверно, к этому надо вернуться. Вот тогда, когда медики почувствуют, что о них есть забота, что они нужны государству, тогда этот закон заработает. А если мы оставим – да, хорошо, мы работаем ради народа. Но медики же тоже народ. И если мы говорим, что зарплата у нас какая: 16, допустим, средняя и 24 по стране – ну, вроде разница 75%. А давайте посмотрим: корректно ли вот так соединять? Потому что у нас за совместительство – 1,46, ну, считайте 1,5. В селе – 2, а то и 3. И если взять за нормальный рабочий день 8 часов, то зарплата-то у нас какая? 10 тысяч средняя. Вот надо посмотреть от чего. Не будем мы о людях заботу делать – не будет ничего. Почему-то всегда все говорят, что вот медики берут взятки – да берут. Я тоже, как говорится, не приветствую. Но почему мы никогда не говорим? Вспомните 90-е годы. Не было финансирования вообще здравоохранения, не было зарплаты, но медики работали, не было денег, но медики работали. Не было медикаментов, медики из своего дома несли всё это. То есть у них-то ответственность есть, так надо их в этом поддержать.

Светлана ОРЛОВА, ведущая:

– Спасибо большое,  Михаил Михайлович. Мы на обсуждении бюджета по социальным вопросам подняли этот вопрос. И сейчас у нас есть документы. Должно быть постановление Правительства. Цена этого вопроса – 2,5 миллиарда. Сегодня есть законопроект и система мобилизации здравоохранения. При всем при том 460 млрд. это это серьезные вещи, которые государство выделило. И я думаю, что в плане обсуждения мы еще обсудим этот вопрос. А так, спасибо вам большое. Интересные, дельные предложения. Сейчас предоставляется слово Ачкасову Евгению Евгеньевичу – председатель Комиссии по охране здоровья, экологии Общественной палаты, заведующий кафедры лечебной физкультуры и спортивной медицины лечебного факультета Первого московского государственного медицинского университета имени Сеченова. Пожалуйста.

Евгений АЧКАСОВ, председатель Комиссии по охране здоровья и экологии Обшественной палаты РФ, заведующий кафедрой лечебной физкультуры и спортивной медицины лечебного факультета Первого московского государственного медицинского университета имени И.М. Сеченова:

– Спасибо большое за слово. Мне хотелось бы начать свое выступление с некоторого удивления по высказываниям, звучащим по поводу быстротечности обсуждения данного законопроекта. По той причине, что этот закон обсуждается в течение года. В Общественной палате еще в сентябре 2009 года состоялись общественные слушания, где присутствовали представители многих регионов. И состоялось  обсуждения с представителями министерства здравоохранения, депутатами. И был внесен ряд предложений членами Общественной палаты, медицинским сообществом, которые были учтены. И мне приятно, что ряд статей в законопроекте был инициирован как раз на тех слушаниях. И в последующем, уже в мае этого года, была проведена общественная экспертиза.

И я должен отметить, что существенным различием в том выступлении экспертов на первых и на вторых слушаниях. Потому что в значительной мере, конечно, законопроект был доработан. И я должен сказать, что было подготовлено заключение по общественной экспертизе законопроекта, где отмечена социальная значимость и была поддержана концепция данного законопроекта Общественной палатой. При этом был отмечен ряд замечаний, которые необходимо исправить ко второму чтению. И в настоящее время достигнуто взаимопонимание и согласование по ключевым позициям, включая принцип охраны здоровья граждан Российской Федерации, которые уже были озвучены Ольгой Георгиевной. Эти же принципы были утверждены и на Общественной палате. Введено и раскрыто понятие «экспертиза качественной медицинской помощи», которое является, с нашей точки зрения, ключевым для улучшения уровня медицинской помощи для граждан.

Хотелось бы отметить и конструктивную работу по определению роли и функции в общественных (…) медицинских, фармацевтических, а также по вопросам подготовки медицинских кадров в высших медицинских учебных заведениях. По этим вопросам тоже Общественная палата делала свои замечания и давала предложения. И мне, конечно, хотелось бы выразить общую позицию членов Комиссии по охране здоровья Общественной палаты о необходимости принятия данного законопроекта, который является важным этапом, шагом, звеном в цепи уже ранее принятых законопроектов и подготавливаемых, которые сейчас уже были обсуждены. И на площадке Общественной палаты могли выступить представители самых различных общественных организаций, видные эксперты. Выступали представители Союза медицинских работников. И заключение Общественной палаты было подготовлено на основании более чем 42 предложений от различных общественных организаций и видных экспертов. Мне хотелось бы выразить удовлетворение работой рабочей группы, которая осуществляет работу по законопроекту ко второму чтению. И если где-то звучат мнения о том, что не происходит такой системной работы,  я позволю себе не согласиться. По той причине, что хочу донести до (…) о том, что по ряду вопросов статьи обсуждения происходят по несколько раз. По отдельным статьям мы три-четыре раза собираемся, обсуждаем. И, в общем-то, это свидетельствует о конструктивности работы. Спасибо большое.

Светлана ОРЛОВА, ведущая:

–Он у нас член координационного совета «Народного фронта», член Торгово-промышленной палаты (…) эксперт работает очень активно (…) участвует в обсуждениях (…)

ЧЕРЕПОВ Виктор Михайлович, Вице-президент – Управляющий директор РСПП по взаимодействию с региональными и отраслевыми объединениями:

– Спасибо за предоставленное слово. Я буду краток. (…)  Хочу сказать, что (…) действительно очень активно обсуждала законопроект и (…) порядке. Действительно, в течение всего прошедшего года, когда он был вынесен на обсуждение (…)2010 года. И тот вариант, который сегодня уже имеется после внесения Правительством в Государственную Думу – в нем были учтены множество предложений. И говорить здесь о том, что был какой-то административный ресурс для подавления высказываний… Я такого не почувствовал. И думаю, каждая значимая организация имела возможность высказаться по этому поводу на любой площадке. Я здесь и как член Национальной медицинской палаты, и как просто профессор, просто действующий врач. Но возможность высказаться была. Другой вопрос, кто-то высказывался публично, а кто-то, может, где-то в кулуарах. Мы на совместном заседании Комиссии РСПП и Торгово-промышленной палаты высказали свои предложения. Они были конструктивными и направлены на имя Ольги Георгиевны, на имя Бориса Вячеславовича Грызлова. Предложения, состоящие из 20 пунктов. Я знаю, что к настоящему моменту в работе рабочей группы были учтены многие наши пожелания. И я здесь присоединяюсь к мнению Леонида Михайловича, как президента Национальной медицинской палаты, потому что закон должен быть качественным. И собственно вся наша работа на всех площадках должна быть сведена именно к этому. Так что нам вначале принять все-таки закон об основах охраны граждан. То есть ситуация складывается так, что вот именно в силу бюджетного цикла и Бюджетного кодекса Российской Федерации мы приняли закон об обязательном медицинском страховании. В этом ничего страшного нет. Много критики раздается в том плане, что в одном из пунктов закона не прописан тот или иной механизм, та или иная позиция при лечении заболеваний (…). Но в том то и дело, что закон этот об основах охраны граждан Российской Федерации. И я был вот вместе с Михаилом Михайловичем автором этого закона в 1993 году (…). Ничего страшного нет. Одно из наших важных замечаний в проект закона внесено. Это была наоборот детализация и прописывание некоторых вещей, вплоть до анкетных данных, подробных дефиниций и т. п. и т. д. Конечно, можно было принять и другую точку зрения: назвать этот закон «о системе здравоохранения». Я думаю, Минздрав пошел правильной дорогой, назвав именно «об основах», в развитие этого закона пойдут законы о донорстве крови, о защите врача и страхования врача (риск врачебный). Это конечно, оправдано с точки зрения стратегии и законодательного процесса. Можно было найти третий вариант. В Казахстане издали Кодекс о здоровье народа и системе здравоохранения. Вот там они собрали принципиальные вещи и прописали вплоть до инструкции (…) Поэтому я не буду останавливаться на остроте обоснования. Но в целом нужно поддержать этот тренд о принятии закона и оставшееся время до второго чтения, максимально применить свою силу для учета мнений и общественных организаций, и профессиональных сообществ. Спасибо.

Светлана ОРЛОВА, ведущая:

– (…) Спасибо большое. Поэтому в перспективе мы, может, тоже сделаем Кодекс о здравоохранении. Но сейчас это важный закон (…) Спасибо вам большое за точку зрения, за позицию. Мы хотим сейчас послушать Томск. Пожалуйста.

Светлана ОРЛОВА, ведущая:

– Сейчас я хочу предоставить слово Жулеву Юрию Александровичу – сопредседателю Всероссийского союза пациентов, президенту Всероссийского общества гемофилии. Пожалуйста, Юрий Александрович!

Юрий ЖУЛЕВ, сопредседатель Всероссийского союза пациентов, президент Всероссийского общества гемофилии:

–Всероссийский союз пациентов начал дискуссию вокруг текста законопроекта осенью прошлого года. Мы подключились практически мгновенно, с момента публикации на сайте минздрава. Хочу поблагодарить Общественную палату, Государственную Думу и, конечно, само министерство за очень конструктивный подход и предоставленную возможность высказать в открытой форме те опасения, которые вызывала первая версия законопроекта. Такой конструктивный диалог позволил подготовить ряд принципиальных для нас поправок. Очень кратко, буквально концептуально, хотел бы остановиться, в каком направлении развивалось наше сотрудничество со всеми органами власти.

В первую очередь, конечно же, как Всероссийский союз пациентов, мы говорили о расширении прав пациентов в данном законопроекте. И мне очень приятно видеть в документе, который готовится ко второму чтению, то, что введена статья «приоритеты интересов пациента при оказании медицинской помощи». Я не буду останавливаться на всей этой статье (достаточно много пунктов). Хочу, например, остановится на одном из интересных, на мой взгляд, и очень важных прав, которые я в том числе озвучивал на парламентских слушаниях. Как сейчас звучит в законопроекте это право? «Планирование обследования и лечение пациента с учетом рационального использования его времени». Мы много говорим о сокращении очередей, мы много говорим об уважении к человеку. У нас зачастую за элементарным обследованием гоняют за сотню километров. Пациент приезжает и выясняет, что врач не пришел или не готово оборудование, «приезжайте завтра». Нам кажется, что это мелочи, может быть, по сравнению с теми выступлениями и поправками, которые обсуждались. Но из этих мелочей создается отношение человека ко всей системе здравоохранения. Поэтому введение статьи 6 мне кажется очень важным. Статья 7: «Приоритет охраны здоровья детей». Также отдельная статья, посвященная правам в этой сфере. Мы считаем, это был принципиальный шаг, и его полностью одобрили. Собственно говоря, мы это и предлагали. Следующий момент – это целый комплекс вопросов, связанных с льготным лекарственным обеспечением. Программа (…) которая сейчас показывает достаточно высокую эффективность. Да, она существует. Но если мы внимательно посмотрим, мы увидим, что на самом деле существует очень серьезный правовой пробел в реализации этой программы. Мы настаиваем на очень принципиальном моменте: на возможности расширения этой программы. И именно в последних поправках мы видим, введена правовая норма, позволяющая расширять эту программу и включать новые высокозатратные, не обязательно (…)на самом деле, тяжелые хронические заболевания. Отдельно была очень серьезная дискуссия по 40-й статье. И хочу сказать, что практически все наши предложения были реализованы ко второму чтению. Это и определение  орфанных заболеваний, и ответственность федерального уровня за ведение регистра, и возможность включения ряда (…) заболеваний в федеральную ответственность. Поэтому нам кажется, что 40-я статья – это сама по себе новация. Но благодаря вот такому очень плотному сотрудничеству  нам кажется, что мы намного повысили эффективность.

Следующий момент, который тоже учтен в наших поправках, это включение безвозмездных поступлений от физических лиц, в том числе добровольных пожертвований на счета бюджетов субъекта. Почему-то эта норма была отнесена только к редким заболеваниям. Сейчас эта норма перенесена в общий раздел «финансирование здравоохранения». Потому что, мне кажется, наше здравоохранение на том уровне, когда нуждаемся в поддержке (благотворительной и безвозмездной) в очень-очень многих сферах, а не только в сфере редких заболеваний. Очень конструктивная была дискуссия на площадке Комитета по охране здоровья Госдумы в отношении деления организаций по защите прав пациентов. Все наши предложения были приняты, одобрены, в том числе представителями Минздравсоцразвития. Они заключаются в том, что мы расширили сферу деятельности этих организаций не только нормами этики, но и практически всеми нормами и правилами в сфере охраны здоровья граждан. Поэтому в свете того, что я сказал, хочу сказать, что, видя вот эти очень серьезные, принципиальные для нас поправки, мы считаем, безусловной возможность удобрить данный проект закона и рекомендовать его к принятию. Безусловно, невозможно все в один закон записать. Потому он собственно и принципиальный закон. Я соглашусь с предыдущим выступающим, это институционный закон. Но те принципы, которые заложены, в том числе по правам пациентов, нам кажутся очень эффективными. И мы считаем, что они очень помогут развитию здравоохранения. Спасибо.

Светлана ОРЛОВА, ведущая:

– Юрий Александрович, спасибо большое. (…) Поэтому, спасибо большое. У нас на связи Владивосток. Общественная приемная В. В. Путина. Вы нас слышите? Задавайте вопросы Татьяне Алексеевне, коллегам.

РЕПЛИКА ИЗ ВЛАДИВОСТОКА:

– У нас будет вопрос от председателя регионального отделения Ассоциации гинекологов- эндокринологов Мухотиной Александры Григорьевны.

Светлана ОРЛОВА, ведущая:

– Александра Григорьевна, пожалуйста!

Александра МУХОТИНА, председатель регионального отделения Ассоциации гинекологов- эндокринологов  (г. Владивосток):

– Огромный привет из Владивостока и пожелания дальневосточного крепкого здоровья, прежде всего! Конечно же, федеральный закон об охране здоровья граждан обсуждался на территории Приморского края неоднократно. И очевидно, что в этом заинтересованы все – в доступном качественном здравоохранении. Поэтому правильность законопроекта, безусловно, очевидна. Поэтому не должно быть как и поспешного принятия законопроекта, так и откладывания на долгое время. Поскольку те поправки, которые мы сейчас услышали, и все поправки, которые были внесены и нашим Приморским краем, они тут же нашли отражение в законопроекте. За это мы очень благодарны. Помните, что мы здесь есть. Поскольку Россия начинается с востока. Мне, безусловно, выпала большая честь говорить от медицинской общественности. Прежде всего, как врач акушер-гинеколог я хочу сказать, что меня беспокоит вопрос здоровья детей, поскольку основные потери здоровья идут с детства. И развитие школьной медицины как сферы охраны здоровья подрастающего поколения должно быть отражено более полно в законопроекте. Поскольку кроме статьи 26 (не буду говорить, как она называется – все знают об этом), статья 50 про несовершеннолетних. Нет закрепленных ответственных этих прав. Также хотелось бы, чтобы более полно участвовали врачи в формировании образовательных программ в школах. Поскольку тоже ни для кого не секрет, что от учебной нагрузки в школе дети не должны терять свое здоровье. Конечно, нас не может не беспокоить, и хотелось бы внести такую существенную поправку в статью 48 о правах беременных женщин, где (…) будущих мам и кормящих матерей. Но (…)

И конечно, нас всех волнует положение врача в обществе. Позволю себе процитировать Гиппократа. Может быть, не так известно его изречение, когда любовь к искусству, как говорил Гиппократ, и когда она приведет к человеку. И даже некоторые больные с опасным заболеваниями выздоравливают тогда, когда они довольны своим врачом. Наверное, тогда Гиппократ не мог знать, доволен ли сейчас врач своим положением. Бесспорно, что все мы шли по призванию, и очень рады служить нашему отечеству. Но то, что затрагивают сейчас вопросы заработной платы. Огромное спасибо тем, кто поднимает эти вопросы. И как представители общественной медицинской ассоциации мы бы тоже хотели поддержать более четкого решения этих вопросов. Спасибо.

Светлана ОРЛОВА, ведущая:

– Спасибо вам большое. (…) сейчас на включении. Более четко вы сказали бы, какие поправки учтены. И сейчас Татьяна Алексеевна, Леонид Михайлович прокомментируют.

Татьяна ГОЛИКОВА, Министр здравоохранения и социального развития РФ:

– Добрый день, Владивосток. Я хочу вас проинформировать о тех вопросах, которые вы поставили. Но сразу хочу оговориться, что первые две части, которые вы сказали о школьной медицине и участии врачей в образовательных программах в школе, это компетенция не закона об охране здоровья граждан. Сегодня наше законодательство устроено таким образом, что эта компетенция отнесена к закону об образовании. К сожалению или к счастью – я не знаю, но тем не менее это так. Для того чтоб перенести вопрос из школьной медицины в закон об охране здоровья граждан, нужно исключить его из закона об образовании.  Президент Российской Федерации, проводя мероприятия в рамках развития детской медицинской помощи, дал такое поручение в проработку. И если консолидированное решение по этому вопросу всех участников будет принято, то у нас есть с вами такая возможность. Этот закон не единственный. Это закон базовый. Следом за ним должен пойти другой законопроект, который вносит изменения в другие законодательные акты Российской Федерации с целью их приведения в соответствие этому закону.

Еще раз говорю: если решение о том, что школьная медицина будет выведена из закона об образовании, мы готовы с удовольствием прописать это в нашем законодательстве. Это первое.

Второе: я также хочу вам сказать о том решении, которое принял Президент Российской Федерации относительно повышения заработной платы медицинскому персоналу, который работает в школах. Такое решение будет реализовано в законе о бюджете в рамках другой площадки, которую мы обсуждаем. Это площадка народного бюджета. Уже проведены соответствующие финансовые расчеты, и они будут учтены в финансовых взаимоотношениях с регионами.

Теперь о том, что касается питания. Безусловно, это бесплатно. Просто мы избегаем формулировок по всему закону «бесплатно», «бесплатно», потому что это и есть основополагающий принцип. Но если вы посчитаете, что это слово нужно туда добавить, мы, конечно, добавим. Это не самая большая поправка.

И что касается заработной платы. Хочу обратить ваше внимание на следующее. У нас с вами несколько иная система, которая отлична от системы в образовании. Но ключевым является следующее: программа модернизации, которую вы озвучили и принята уже регионами, конечно, включает в себя существенную составляющую – совершенствование стандартных показаний медицинской помощи в объеме 136 млрд рублей. Эта сумма делится на две части. Часть идет на амбулаторное звено для повышения зарплат врачам осенью. И следующая составляющая –  повышение зарплаты врачам в стационаре.

Вчера я на месте рассматривала эту ситуацию, в Дагестане. К сожалению, регионы не приняли своевременно нормативные акты по этому поводу (я не обо всех регионах говорю). Но вот вчера еще раз в Дагестане подтвердили, что с июля месяца повышение заработной платы врачам и амбулаторного, и врачам стационарного звена начнется. Во всяком случае, мы это жестко проконтролируем. И я думаю, что дальше будем двигаться поступательно в этом направлении. А то, что в закон мы включаем тему стандартов, прописываем всю процедуру, которая с этим связана – это еще один шаг к повышению заработной платы медицинским работникам и полному повторению в системе обязательного медицинского страхования. Спасибо, Владивосток.

Светлана ОРЛОВА, ведущая:

– Спасибо большое. Леонид Михайлович, пожалуйста! Мы всем дадим сказать. Вы не волнуйтесь. Мы всем дадим сказать. Коллеги, о чем вы волнуетесь? Мы никуда не уйдем, пока вы все не скажите. Пожалуйста, Леонид Михайлович!

Леонид РОШАЛЬ, директор НИИ неотложной детской хирургии и травматологии:

– Во-первых, здравствуйте, Владивосток. Заработная плата, которая не систематизирована у нас и другие вопросы – главное из того, что вы сказали. Я еще раз повторяю, что нет здесь противников закона. Все считают, что закон надо принимать. Но вопрос только, когда его принимать. И в вашем выступлении сказанное о том, что есть еще над чем поработать, что есть еще замечания, я лично воспринимаю положительно. Действительно через год, через два. Но не в этом июле. До сентября мы ничего не успеем сделать. Спасибо.

Светлана ОРЛОВА, ведущая:

– Спасибо, Леонид Михайлович. Еще, Владивосток, внимание. Татьяна Алексеевна акцентировала вам, что мы еще в рамках рассмотрения народного бюджета рассмотрим полностью все, что касается здравоохранения. Каждому региону, включая заработную плату. Каждому региону отправим цифры денег, которые вы получите из федерального бюджета. Все вы, общественные организации, представители органов власти должны очень серьезно все это проконтролировать. Поэтому вот такая большая просьба. И попрошу коллег, сидящих за столом. Мы работаем в рамках «Народного фронта». Мы дадим каждому выступить. Не волнуйтесь. Спасибо Владивостоку. Хороших вам успехов. Всего доброго! И хорошего здоровья всем жителям Приморского края! Спасибо огромное! Следующим на площадке выступает Воробьев Павел Андреевич – отдел стандартизации в здравоохранении, Первый московский государственный медицинский университет имени Сеченова. Пожалуйста!

Павел ВОРОБЬЕВ, отдел стандартизации в здравоохранении, Первый московский государственный медицинский университет имени Сеченова:

– Меня просил Леонид Михайлович очень кратко выступить, поэтому я и буду очень кратко. Я, во-первых, в данной ситуации представляю Пироговское движение врачей России. И наше движение выступило первым с обращением не принимать в спешном порядке этот закон. Мы постоянно контролировали ситуацию и настаиваем на том, что закон необходимо еще обсуждать и обсуждать. И начать надо с очень простых вещей. Закон у нас посвящен пациентам и медицинским работникам. В законе нет больных и врачей. И это принципиальное положение. И все остальные нормы в этом законе сыплются, как только вы вводите эти позиции. Потому что тайна касается медицинского работника. Она не касается врача. Оказание медицинской помощи касается медицинского работника. Она не касается врача. И пациент у нас это человек, обратившийся в медицинскую организацию. А больного у нас нет. То есть больному помощь оказывать не надо. Врач это отсутствующая категория. Ее нет в законе вообще. Потому медицинский работник – это нанятый человек, который работает в медицинской организации. Это дефиниции. И как только вы с этими дефинициями совладаете, вы увидите, что весь закон прописан о пациенте, и весь закон прописан о медицинском работнике. Это не верно. Так быть не должно. Да. И оказание помощи тоже – только медицинский работник в рамках своих служебных обязанностей. Значит, если врач идет сегодня по улице, как это сегодня принято в нашем законе, и кто-то лежит, то врач не может оказать ему помощь, потому что это не пациент, он еще никуда не обратился, а врач – не медицинский работник.

ИЗ ЗАЛА:

– Он может по велению сердца.

Павел ВОРОБЬЕВ, отдел стандартизации в здравоохранении, Первый московский государственный медицинский университет имени Сеченова:

– Нет, не может. По закону не имеет.

Светлана ОРЛОВА, ведущая:

– Коллеги!

ИЗ ЗАЛА:

– Он клятву Гиппократа давал.

Светлана ОРЛОВА, ведущая:

– Коллеги!

Павел ВОРОБЬЕВ, отдел стандартизации в здравоохранении, Первый московский государственный медицинский университет имени Сеченова:

– Во-первых, мы не принимаем клятву Гиппократа. У нас клятва совершенно иная.

Светлана ОРЛОВА, ведущая:

– Каждый имеет право на точку зрения.

Павел ВОРОБЬЕВ, отдел стандартизации в здравоохранении, Первый московский государственный медицинский университет имени Сеченова:

– Во-вторых, там ничего об этом не говорится. А по закону четко прописано, кто обязан медицинскую помощь в этой ситуации. Поэтому я не буду углубляться в другие позиции. Я согласен, что обсуждение идет и кулуарно, и под диким давлением. И многие позиции не учитываются и не принимаются. И мне вообще первый раз дали выступить. Мне всегда комитет Госдумы вежливо говорит, что «вам, вы же понимаете, не дадут сказать». Вот. Спасибо хотя бы здесь дали первый раз. Значит, на круглом столе, посвященном этому закону, не дали выступить. Ну, в общем, бог с ним. Я согласен, что закон надо отложить на некоторое время, хотя бы на несколько месяцев, и еще раз вернуться к ключевым позициям этого закона. Спасибо.

Светлана ОРЛОВА, ведущая:

– Андрей, спасибо вам большое за точку зрения. Сейчас я хочу предоставить слово Игорю Владимировичу Галееву – член Ассоциации врачей Дона. Пожалуйста!

Игорь ГАЛЕЕВ, член Ассоциации врачей Дона, руководитель госпиталя для ветеранов войн Ростовской области:

–Я более чем уверен, что нужно еще достаточно большое количество времени для того, чтобы под существующий проект закона разработать большое количество подзаконных нормативных актов, которые моментально пропишут шаги, которые должны совершать как администраторы здравоохранения, так и практикующие врачи. Если мы затянем эту тему еще в течение полугода, то все финансовые потоки остановятся. Я это прекрасно понимаю. (…) только одного, чтобы был введен режим одноканального финансирования. Когда я смогу распоряжаться бюджетными средствами, заработанными (…) по усмотрению даже не своему собственному, а моего коллектива. Когда я смогу поощрять действительно активно работающих, стоящих за операционным столом (…) и, наоборот, оградить, так сказать, от избыточных вложений в людей, работающих не слишком добросовестно. Я хочу управлять этим рублем с полной уверенностью в том, что я делаю это правильно, потому предполагаю, что в этом управлении будет принимать участие мой трудовой коллектив (…) И поэтому я убедительно прошу понять одну простую вещь: дорогу осилит идущий. Никогда мы не сможем теоретически просчитать, как будут действовать те или иные положения закона пока не попробуем всего этого на практике. Такова законодательная практика всего мира. Страны всего мира сначала принимают законы, потом (…) их исполнение, принимают поправку в зависимости от того, как это происходит в натуре. И еще очень важный момент. Простите, может быть, затягиваю время. Я так же как Леонид Михайлович оперирующий хирург. И застал времена, когда была советская система здравоохранения. И считаю, что равных ей нет и не будет никогда. Но, к сожалению, социализм (…), а живем сегодня в совершенно иной стране с совершенно иными законами (…) разносольными. Вот эта (…) населения страны она, в том числе распространяется на медицинских работников. И поэтому я никогда не поверю в то, что есть хоть одна медицинская организация, которая отражает интересы всех медицинских работников в целом. Кроме разве что профессионального союза, который действительно объединяет (…) Здесь (…) интерес (…) оперирующего косметического хирурга и фельдшера из какого-нибудь отдаленного участка нашей страны. А то значит, что закона, универсального, созданного для всех, одинаково нужного, к сожалению, мы не получим никогда. И поэтому все дальнейшее обсуждение на эту тему будет сводиться только к акцентам, которые будут проставлять те ил иные группы медицинских работников, врачей и людей, причастных к (…) Спасибо за внимание.

Светлана ОРЛОВА, ведущая:

– Спасибо. В этом и вся суть, что получается закон очень универсальный. И он уже охватывает не просто основу охраны здоровья, он охватывает очень серьезные исследования. Не поверите, за 20 лет работы в парламенте мы не имеем ни одного законопроекта, который бы сразу начал работать. Для этого ведется мониторинг. После мониторинга вносятся изменения. Обязательно вносятся все законодательные акты. Это сейчас принципиальная позиция. И Татьяна Алексеевна еще должна об этом сказать, что еще выходят постановления правительства с законопроектами. Это принципиальная позиция, которую сейчас поставил Владимир Владимирович. И правительство старается таким образом. Сейчас я хочу предоставить слово Петренко Валентине Александровне. Потом Владимиру Михайловичу, который вот напротив вас. И потом мы включим Красноярск. Пожалуйста, Валентина Александровна. Семь минут.

Валентина ПЕТРЕНКО, председатель Комитета Совета Федерации по социальной политике и здравоохранению:

– Уважаемая Светлана Юрьевна! Уважаемая, Татьяна Алексеевна! Уважаемый, Леонид Михайлович! Уважаемые, коллеги! Вот я сейчас сижу, слушаю выступления. А не далее чем вчера ко мне приходили пациенты, ваши коллеги, с серьезными заболеваниями крови. И они говорят, до каких же пор вы не примете никак закон, который мы обсуждаем целый год. И в этих словах было столько боли. Мать привела ребенка. Это было вчера. Извините меня, я сейчас грубо, может, скажу о разглагольствовании. Есть вещи, которые нельзя откладывать, потому что за каждой строчкой может быть человеческая жизнь.

Первое. Сегодня мы бы с вами не обсуждали наш закон, если бы все те вопросы, которые в нем не были бы включены, потому что они не были бы изучены и не были бы поставлены, так как не знали положение дел. Значит, именно потому и появляется закон и появляются определенные нормы, когда уже созрела ситуация и нельзя больше не решать эту проблему. Именно этот закон охватил те вопросы, которые давно выношены, выкристаллизовались. И мы на сегодняшний день их внесли на рассмотрение. Именно от людей, именно от пациентов. И сегодня я категорически не принимаю, например, таких точек зрения, потому что они унижают всех тех, кто обсуждал этот закон, что он не обсуждался. Одиннадцать миллионов инвалидов. Комиссия по инвалидам говорила об опорных заболеваниях и специально посвятила этому три обсуждения, в прошлом и в этом году. Двадцать семь экспертных советов, в которые вошли по всем направлениям все детские врачи, все врачи-терапевты и пациенты их соответствующие обсуждали этот закон. Вопрос в том: почему появляются вдруг проблемы и непонимание? Потому что рядом с этим законом идет еще большое количество законов, которые требуют изменений на сегодняшний день. И действительно вступили в конфликт нормы с законом 1993 года. Мы на Совете Федерации, когда принимаем законопроекты в области здравоохранения, мы все время упираемся в 93-й закон и говорим «подождите, будет закон об охране здоровья граждан Российской Федерации и тогда эта норма будет работать». Это же уже понятно. Это тормоз уже на сегодняшний день, если мы не будем принимать этот закон. Поэтому на рабочих группах, которые прошли, все те поправки, которые, предположим, можно вносить в иное законодательство, выделены в отдельную группу. Законы, которые нужно отдельно принимать в дополнение, в расширение этих норм мы выписали в отдельную группу. Более того, есть еще большое количество поправок, которые нужно вносить в иные законы. Как привела Татьяна Алексеевна пример, законы не министерства здравоохранения, а других министерств и ведомств. И когда мы это будем делать? Если мы сейчас не будем принимать основ быстро, достаточно. Я не могу сказать, что закон не качественный. Дети вынесены в приоритет, значит. Просто о поправках сейчас не идет речь. Но все вы познакомились с теми поправками, которые будут вноситься уже во время второго чтения. Очень многие вещи (о чем сегодня говорили выступающие) внесены уже на рассмотрение. В том числе оказание помощи врачом не его врачебной деятельности и т. д. И я думаю, что благодаря большому обсуждению мы получили те поправки, которые значительно, качественно поправили многие статьи. Я не говорю уже о трансплантологии. Сколько сегодня проблем. Вы знаете, всегда мы сталкиваемся с ними. Практически люди ставят вопросы бесконечно. Серьезная проведена работа и на базе нашего Института трансплантологии и филиалов. И проведена Всероссийская конференция и т. д. И последнее, что я хочу сказать. Знаете, Леонид Михайлович, я глубоко вас уважаю. Но кто боится, и не принимал участия, тому просто безразлично. Сегодня никто ничего не боится, если он профессионал, если у него есть точка зрения, которую он может высказать и отстоять. Это заслуживает огромного уважения. Это то, что вы сейчас делаете, доказывая свою точку зрения и т. д. Я скажу уже не от имени комитета и не от имени совета законодателей, который прошел в феврале. И обсуждение данного закона прошло во всех 83 субъектах Российской Федерации. И мы получили все поправки, все протоколы обсуждений от врачебных и пациентских обществ. Поэтому я считаю, что данный закон нужно принимать и быстро довести все механизмы, позволяющие раскрыть те положения, которые уже вошли, и дополнительно работать над тем законодательством, которое требует незамедлительного внесения поправок и принятия новых законов, которые позволят работать так, как положено. По сути дела это даже не эволюционный – это революционный закон. Нам нужно сегодня работать для того, чтобы мы приняли этот закон достаточно быстро. Моя личная точка зрения.

Светлана ОРЛОВА, ведущая:

– Валентина Александровна! Давайте вопросы, как договорились, в конце. Спасибо вам большое. Очень важно, что вы отметили про программу (…) инвалидов. Я хочу коллегам еще раз сказать. Это 46 миллиардов. Это сегодня большой объем еще и производства, которое будет на «АВТОВАЗЕ» (тех же колясок) Сейчас мы это обсуждаем в рамках народного бюджета. И сегодня придет (…) по таможне. Мы будем обсуждать этот вопрос. И это не программа Министерства здравоохранения и социального развития, хочу вам сказать. Это программа всей страны. Сдается дом – нужен пандус. Строится дорога – надо (…) инвалидов. Все, что мы делаем, должно соответствовать. Сегодня, я хочу сказать, многие предприятия, так и делают. Еще мы с вами должны понимать, что здоровье это еще и экология, это сегодня среда обитания. Поэтому еще тогда. Будете вести работу, этот вопрос обязательно отмечайте. А сейчас я хочу предоставить слово детскому врачу Розинову Владимиру Михайловичу – заместителю директора Московского научно-исследовательского института педиатрии и детской хирургии, профессор, доктор медицинских наук, главный детский специалист, хирург. Пожалуйста!

Владимир РОЗИНОВ, заместитель директора Московского научно-исследовательского института педиатрии и детской хирургии, профессор, доктор медицинских наук, главный детский специалист хирург Минздравсоцразвития России:

– Спасибо. Уважаемая, Татьяна Алексеевна! Уважаемая, Светлана Юрьевна Я считаю, что, наконец, наша дискуссия начинает входить в какую-то конкретную форму. (…)  мы так и будем проводить здесь время за чтением мата, понимаете. Давайте подождем. А теперь я хочу сказать, что будет, если мы подождем. В пределах своей профессиональной квалификации. Вот если мы этот закон не примем сегодня, как это положено, и не одобрим, и не поддержим, то мы останемся без двух, принципиальных для нас, детских хирургов, важных разделов. Первое. Это то, что относится к охранному детскому донорству. И никуда не продвинемся. И второе. Бесклеточные технологии. И отстанем, как, знаете, в анекдоте советских времен, навсегда. Вот этого бы мне не хотелось. Это точно. Это первое. И второе. Я считаю, что принципиально этот закон (мы сегодня об этом не говорили) еще важен потому, что он в известной степени смягчает издержки того федерального закона, который мы с вами знаем (про разграничение полномочий). Я не хочу больше видеть беспомощные муниципальные образования, жалкими, так сказать, больницами. Давайте мы действительно пропишем это в законе, вынесем это на уровень субъекта. Тогда мы точно будем знать, с кого можно спросить. (…) в муниципальных образованиях. Я считаю, что закон очень полезен. В него много труда и (…) вложено, и он должен быть принят. Спасибо.

Светлана ОРЛОВА, ведущая:

– Действительно, краткость – сестра таланта. Спасибо большое, Владимир Михайлович, вам. За (…) по разграничению и другим вопросам. Сейчас на связи у нас Красноярск. Пожалуйста. Потом подготовиться Саверскому Александру Владимировичу.

Вадим ЯНИН, министр здравоохранения Красноярского края:

– Уважаемая, Светлана Юрьевна! Уважаемая, Татьяна Алексеевна! Добрый день! Здесь у нас в студии находятся представители государственной, муниципальной, частной систем здравоохранения, представители профессиональных ассоциаций. У микрофона Янин Вадим Николаевич – министр здравоохранения Красноярского края.

Светлана ОРЛОВА, ведущая:

– Ну а кроме министра кто у вас?

Вадим ЯНИН, министр здравоохранения Красноярского края:

– Соответственно у нас: врач-онколог, главный врач частной клиники, врачи-хирурги.

Светлана ОРЛОВА, ведущая:

– Хорошо. Не перечисляйте. Мы их спросим. Вы помолчите как министр. Дайте, пожалуйста, врачам выступить. А вы свою точку зрения выскажите на коллегии. Пожалуйста, все врачи, кто присутствует! Пожалуйста! Ну что вы там забеспокоились? Говорите, как есть. У нас такая принципиальная позиция в «Народном фронте». Мы начальникам не даем выступать в регионах. Мы слушаем тех, кто представляет: членов Народного фронта, общественных организаций, простых граждан. Вот, пожалуйста, онколог, выступайте!

Врач-онколог из Красноярска:

– (…) Мне очень приятно видеть Татьяну Алексеевну второй раз. В прошлом году из ее рук я получила премию в номинации «лучший хирург России». Я работаю уже в течение 30 лет онкологом. И хочу вам сказать, может быть, ничего нового. Врач это все-таки не профессия, это призвание. И в медицине случайных людей не должно быть. Работают люди у нас в диспансере самоотверженно. Но вот мне удалось быть участником Первого Всероссийского форума медицинских работников, вот буквально весной. Очень приятно, что были выступления, которые затронули все насущные проблемы медиков. «Модернизация» – красивое слово. Хорошая программа. Как бы выполнить все это? Есть деньги у государства, оказывается. Приобретаем новую аппаратуру, внедряем технологии (…) получить, усовершенствовать знания за рубежом и в центре нашей России. Но этого мало. Важно оказывается еще то, кто непосредственно является лидером в этих больницах. В течение последних двух лет у нас идет разработка концепции. Разработана концепция (…) онкологической службы в Красноярском крае. И эта концепция уже действует два года.

Светлана ОРЛОВА, ведущая:

– Одну минуточку. Одну минуточку. Вы меня извините. У нас не самоотчет. И я вас прошу это понять. Мы обсуждаем законопроект. Вы онколог с 30-летним стажем должны сказать: сколько сегодня сделано; какие сегодня онкодиспансеры; как помолодел рак, какая причина, почему; почему нужен этот закон и какая статья должна быть в законе прописана. И я всех предупреждаю, кто будет включен и будет министру отсчитываться. Значит, должны говорить общественные организации, врачи, пациенты. Поэтому очень важно. Вы у себя обсудите все на коллегии – понятно, вам выполнять закон. Мы ищем все отчеты регионов. У нас такая практика. Закон принят в первом чтении и уходит в регионы. Мы оттуда получаем эту реакцию. Когда председатель комитета будет в Думе докладывать, она скажет: какие-то регионы за, какие-то против. Пожалуйста. Вы онколог. Скажите, сейчас что еще нужно. Предложения скажите, пожалуйста. Вы не волнуйтесь.

НЕ ОПОЗНАНО:

– Спасибо за слово. Я не буду вас загружать цифрами. Все прекрасно знают, что растет, заболеваемость растет. И основная цель нашего нового законопроекта должна быть направлена на профилактику. Кроме профилактического направления необходимо обязательно развивать паллиативную медицину. Наши больные, которые приходят в наши клиники, не соответствующие нормам и стандартам, естественно очень удручены. И кажется, что их последний путь должен быть в стенах совершенно новых современных зданий. Большая надежда на вас, на Министерство здравоохранения, Татьяна Алексеевна, на лично вас. Что вы докурируете, что мы все-таки через два года войдем в новое здание онкодиспансера. Поэтому большая просьба прокурировать. И большая благодарность, что вы нас не забываете.

Светлана ОРЛОВА, ведущая:

– Спасибо вам большое. Значит, мы фиксируем вашу позицию, что касается паллиативной медицины, диспансеризации, раннего выявления рака. Не так он стал сегодня страшен. Очень много людей вылечивается. Еще живут. И думаю, что то, что делается по онкодиспансерам. Я сама Кемерово представляю. Пять лет назад туда зайти было страшно, в этот онкодиспансер. Сегодня не просто зайти туда можно. Сегодня действительно и современное оборудование, и роботы-врачи. И наши врачи молодцы. Сегодня делают такие операции, которые не делает никто. Даже хваленные заграничные страны. Поэтому спасибо вам большое. Сейчас мы даем слово Саверскому.

Александр САВЕРСКИЙ, руководитель Лиги защиты пациентов:

– Спасибо огромное, спасибо Светлана Юрьевна, Леонид Михайлович, за это приглашение. Уважаемые дамы и господа, я как вы знаете, занимаюсь защитой прав пациентов уже одиннадцать лет. И, что называется, работаю на земле так же, как врачи, но немножко с другой стороны. Мы выслушиваем жалобы людей, которые к нам обращаются. Поэтому нам многое видно через эту призму, через судебное отношение. Что меня беспокоит в этом законе. Хотя, скажем так, я не готов умереть за него, Татьяна Алексеевна. Потому что в действительности неплохой, но он требует доработки. Значит, меня беспокоит то, что «Законом обращения лекарственных средств», вызвавшем большую критику и вызвавшем изменение топографии и отношение на лекарственном рынке, вызвал массу (…) то обстоятельство, что вызвал повышение количество жалоб на лекарственное обеспечение. Мы знаем, что возникла дефектура и так далее. Значит, по «Закону об обязательном медицинском страховании» тот факт, что законом поставлено оказание медицинской помощи перед необходимостью перед необходимостью предъявлять полисы ОМС, является ограничением конституционного права граждан и незастрахованных лиц на оказание медицинской помощи. Я не хочу, чтобы здесь при принятии этого закона мы попали в какие-то вот такие неприятности, я о них коротко скажу. Значит, я считаю, что должна быть концепция. Закон – вы сами все говорите, – базовый концептуальный. Мы без концептуального видения взаимодействия с другими частями, других законов, внутри самого закона, не можем гарантировать, что завтра опять что-нибудь не взорвется, хотя все мы, конечно, исходим из лучших побуждений. Именно поэтому я призвал бы вас подумать еще раз, может быть, нам все-таки принять сначала концепцию, и видеть всю систему в целом, чем принимать сейчас концептуальный закон без концептуального обсуждения концепции вообще, потому что в первом чтении он уже принят. Я согласен с Павлом Андреевичем, что понятия пациент, врач плохо определены в законе, здесь нет понятия здоровья. Мы говорим – закон об охране здоровья. А предмета охраны нету, он не сформулирован. Мы говорим, что «охрана здоровья» – это огромный спектр понятий. Это безопасность пищевой продукции, безопасность на производстве и так далее. Ничего этого в законе нет. Это закон о медицинской помощи, бесплатной медицинской помощи. Татьяна Алексеевна, я вас прошу, выслушайте меня хоть один раз, я много раз пытаюсь попасть к вам на прием, прошу еще раз о приеме, у нас есть много о чем поговорить. Конституционное право граждан в 41-ой статье говорит не о том, какая помощь, не по стандартам, ни о порядке, она говорит о том, где бесплатно. В государственных и муниципальных учреждениях – бесплатно. Если мы только отступаем от этого, как мы отступили в 1996 году с 27-м постановлением правительства, мы вынуждаем пациента каждый раз доказывать, что он имеет право на рентген при пневмонии. Или стетоскопом будем слушать пневмонию? Вы понимаете, эта позиция она по определению ставит пациента в необходимость специально защищаться. И крен неотвратим. Как только врачу говорят, ты можешь зарабатывать, он будет зарабатывать. Это принцип и условия развития бизнеса, да еще и в условиях конкуренции. По поводу платной помощи: мы не должны читать Конституцию как каждый имеет право на медицинскую помощь, медицинская помощь оказывается бесплатно в государственных и муниципальных учреждениях за счет гражданина. Ну, это абсурд.

Значит, о врачебной ответственности врачей – огромное число рисков. Как только мы уводим, мы запускаем систему вскипания цен в замкнутой системе. Страховка ложится на цену услуги, при этом мы говорим, что невиновные в причинении вреда страхуются. Извините, а моральный вред только за виновных? То есть медицинская организация заплатит и за страховку и еще в суде за моральный вред. Ну как можно так бездумно продумывать? Врачебная ошибка определения. В «Законе о защите прав потребителей» очень четко регламентированном, вы все это знает, закон работает давно, недостаток услуги, очень четко все прописано. Здесь врачебная ошибка называется дефектом услуги. Я, для которого это выгодно, то, как здесь сформулировано, не согласен как юрист, потому что ошибка обладает элементом случайности. Врач, действуя из лучших побуждений, ошибся. И в действительности это невиновное деяние, там ответственность практически совершенно другая. А здесь это не разведено, более того, то определение, которое есть в 92-й статье – ущерб, причиненный жизни и здоровью только за счет страхования, это что, лишает меня права обратиться в суд, только в страховую компанию?

Еще один короткий момент по поводу взаимоотношений фарм.производителей и врачей. Я совершенно согласен с позицией Минздрава и ФАС надо ограничивать общение. Но нужна замена, Татьяна Алексеевна. Нужна замена общению фарм.производителей и врачей. Потому что государство должно прийти в эту нишу информирования. Иначе возникает вопрос, откуда врачи будут узнавать о новых технологиях и лекарствах. Поэтому я призываю вас всех еще раз подумать о концептуальном взаимодействии. Татьяна Алексеевна сама говорит, мы тот закон приняли, этот, нам сейчас нужно обобщить все это. Ну как же без концепции это сделать? Это меня беспокоит. Спасибо.

Светлана ОРЛОВА, ведущая:

– Александр Юрьевич, ну, во-первых, спасибо вам большое, я смотрела одну из передач, где вы защищали права пациентов. И хочу вам сказать, мне эта передача очень понравилась. Второе, Татьяна Алексеевна у нас очень толерантный человек, проблем нет, она вас примет. Тем более она принимает всех. И я не знаю, чтобы кого-то она не приняла.

Теперь по поводу лекарств. Да, этот рынок сложный. У нас сегодня есть на рынке и БАДы, которые те же врачи прописывают, получая деньги от фармкомпаний. Вы что этого не знаете? Все вы это знаете. И фармкомпании потом их посылают на обучение. И при написании рецепта, каждый из нас врачу верит. А как эти БАДы на твоем иммунитете скажутся? И вот мы на той неделе, Татьяна Алексеевна вам сказала об одном препарате… Скоро вы увидите, это будет открытое обсуждение очень серьезное. У нас сегодня очень много своих производителей. Вы что думаете, она просто билась за программу от фармацевтической промышленности? Мы же весь рынок с вами потеряли. Но невозможно все сразу вернуть. И для нее тоже невозможно охватить все сферы деятельности. Она и так там получает от всех. Поэтому эта позиция очень важна, и вы абсолютно правильно ее заметили. Теперь смотрите по предмету охраны, Александр Юрьевич, вы же юрист. Мы же сделали Таможенный союз, вы же это тоже понимаете, да. И сегодня мы должны отрегулировать регламенты. То есть то, что касается охраны, это пойдет в техническом регламенте, это пойдет следом с этим законопроектом. Поэтому вот все предложения, которые вы высказали, они абсолютно разумны. Но только еще учтите, что следом еще пойдут технические регламенты. И то, что касается лекарств и по тем же узким специалистам. Я сама столкнулась в Калининграде, когда в поликлинике они не заинтересованы отправлять человека к узкому специалисту. И этот закон эти вопросы решает. Но это не так, что завтра и быстро, понимаете? Поэтому спасибо вам за вашу точку зрения. Сейчас я слово предоставляю Чепрасову Дмитрию Александровичу, начальнику Управления здравоохранения. Город Минусинск Красноярский край. Пожалуйста.

Дмитрий ЧЕПРАСОВ:

– На самом деле я прошел (…), когда вначале в здравоохранении работал и (…) теперь работаю (…). Закон назрел, он для меня просто необходим. Потому что огромная территория Красноярского края вынуждает нас создать центр межрайонный, для того чтобы люди получили доступную и качественную медицинскую помощь. Невозможно в каждом поселении, в каждом населенном пункте выстроить огромную больницу. И для того чтобы помощь была доступна, мы пошли по пути создания таких центров, куда пациенты могут приехать из таких районов, которые окружают, допустим, город Минусинск, куда традиционно в силу ряда причин вкладывают большое количество денег и в частности в здравоохранение. Транспортная доступность тех районов пациентам, которые окружают город Минусинск, она достаточно огромная. Также у нас будет создано в Минусинске шесть таких центров. И этот закон… вот коллега из Ростовской области, из Ростова говорил о деньгах. А я хочу сказать о передаче полномочий, да. Мы до начала программы модернизации стали собирать глав районов. Я просто их пригласил, потому что это абсолютно нормальные, адекватные люди. Они готовы помочь, они готовы вложить какие-то деньги, но по бюджетному законодательству они это делать не могут. У них свой муниципалитет, у них свои проблемы. А если мы передадим полномочия на уровне региона, то тогда абсолютно спокойно в одной логике выстроенная система управления отраслью устанавливает нормально, четко пациентам получать помощь. Это не попытка сказать, хорошо это или плохо, это просто жизнь. Это жизнь так диктует, это жизнь пришла к тому, что необходимо закон принять сегодня. Мы должны подумать, лечить завтра, если человека нужно лечить сегодня может быть поздно. И лечить нужно качественно. Поэтому я считаю, что абсолютно своевременно и абсолютно правильно то, что такие площадки создаются, мы как-то это обсуждаем. Я считаю, что если мы примем его сейчас, то мы будем этот закон (…) сейчас мы можем учесть и спокойно исправить.

Светлана ОРЛОВА, ведущая:

– Спасибо, не хочу отходить от регламента. Но один вопрос на правах на правах ведущей могу вам задать. Какие у вас заболевания в основном?

Дмитрий ЧЕПРАСОВ:

– У нас (…) сердечно-сосудистые заболевания. Мы районный центр создали (…) сосудистая неврология (…). Созданы они как близнецы два отделения только благодаря тому, что это межрайонные центры. Это транспортная доступность, это возможность при наличии в этих центрах классных специалистов, да, людям приехать…

Светлана ОРЛОВА, ведущая:

– Ну, спасибо. Это не только у вас. У нас сегодня в Кемерово оперировали и детей, кто рожден с пороком сердца, я сама видела 74 ребенка. Я зашла в эту палату. 74 семьи получили часть, я вам честно скажу, я еле сдержалась, это надо было все видеть. Молодые ребята, профессиональные, качественные. Спасибо вам большое. Вы меня, коллеги, извините, но у нас порядок.

Владимир НЕРОЕВ, директор Московского научно-исследовательского института глазных болезней им. Гельмгольца, профессор, д.м.н., главный специалист офтальмолог Минздравсоцразвития России:

– Спасибо большое, уважаемая Татьяна Алексеевна, уважаемая Светлана Юрьевна, спасибо за предоставленное слово. Я, прежде чем сказать несколько слов о законе, хотел бы высказать, учитывая, что вы, Светлана Юрьевна разрешили всем нам сегодня говорить прямо, открыто и откровенно.

Светлана ОРЛОВА, ведущая:

– Это разрешено. У нас такая система обсуждения законопроекта. Вообще в правительстве все это открыто. Пожалуйста.

Владимир НЕРОЕВ, директор Московского научно-исследовательского института глазных болезней им. Гельмгольца, профессор, д.м.н., главный специалист офтальмолог Минздравсоцразвития России:

– Ну, тем более! Я хотел бы высказать свою позицию по отношению ко всему тому, что происходит сегодня при обсуждении вот этого законопроекта. Во-первых, я знаю профессора Рошаля как директора института и совершенно не знаю его как президента Национальной медицинской палаты. И поэтому мне немножко сегодня удивительно, что мы на равных… Таких национальных палат у нас в России, ассоциаций, сообществ несколько тысяч. И поэтому если каждый руководитель этой общественной организации, будем говорить откровенно, ставить палки в колеса, то мы закона никогда не увидим и будем работать такк, как мы работали всю жизнь, и финансироваться медицина будет по остаточному принципу. И врачи будут голодными, нищими и будут сидеть и рассуждать о том, что впереди хорошее будущее. Михаил Михайлович Кузьменко поднял очень правильный вопрос, который затрагивает регулярно профессор Рошаль, и все мы поднимаем – это о заработной плате медицинских работников. Ясно, что заработная плата сегодня очень небольшая и голодный врач не может эффективно лечить своих пациентов. Более того я считаю, что это унизительно, когда врач вынужден из-за того, что у него маленькая зарплата, вынужден идти в платную медицину после работы или, упаси Господь, брать какие-то гонорары от пациентов. Все это, конечно, заставляет задумываться о том, что надо повышать заработную плату. И вот это-то и есть основное в том, что мы должны принять данный закон, иначе никогда не заработает закон обязательного медицинского страхования. А ведь именно этот закон позволяет пациентам выбрать врача, выбрать медицинское учреждение. И так сказать, полностью этот закон начнет финансово работать только после его принятия. Высказались все, Государственная Дума, Совет Федерации, СПП, Лига защиты прав потребителей, все говорят. Обсуждался закон долго, он отшлифовывался год. И он сегодня готов очень хорошо, поэтому надо его принимать и надо работать согласно этому закону.

Светлана ОРЛОВА, ведущая:

– Спасибо большое. Представьтесь, пожалуйста.

Олег ЯНУШЕВИЧ, ректор Московского государственного медико-стоматологического университета, профессор, д.м.н., главынй специалисты стоматолог Минздравсоцразвития России:

– Ректор Московского государственного медико-стоматологического университета Янушевич Олег Олегович. Я бы хотел высказаться, глубокоуважаемая Светлана Юрьевна, Татьяна Алексеевна. Я бы хотел выступить, прежде всего, как заместитель председателя Совета директоров медицинских вузов России. Эта общественная организация также 9 июня вошла в «Народный фронт». И прежде всего я хотел бы сказать, что это некоммерческая общественная организация, которая уже на протяжении двух-трех лет работает с Министерством здравоохранения и социального развития. Это не структура Минздравсоцразвития, это общественная организация. Работает с Государственной Думой, работает с Общественной Палатой. Естественно этот закон мы также обсуждаем с сентября в рабочих группах и поэтому есть понятная и четкая позиция по статьям закона.

Но нас, конечно, больше всего волновала 71-я статья – это статья об образовании, о подготовке кадров. Кстати с (…)на Форуме медицинских работников мы вместе вели секцию, активно обсуждали все эти проблемы, которые есть в этой части. Конечно, понятно, что мы не вернемся никогда к распределению. Это определено Конституцией. Мы никогда не решим проблему без решения местных проблем в здравоохранения. Но самое главное за 1990-2000 годы мы полностью утратили практическую подготовку студентов – за что нас наше сообщество ругают. Почему это произошло? Было прекрасное временное положение о клинической базе, 283-е, Владимир Иванович участвовал непосредственно. Но оно не заработало, потому что законодательство в 1990-е годы полностью противоречило друг другу. И фактически мы утратили клинические базы. Новый закон определяет новые положения о клинических базах, и возможности использования в клинических базах и в больницах. Да, в процессе обсуждения закона были вопросы по поводу того, насколько будет гарантировано присутствие тех или иных преподавателей на клинических базах. Я думаю, вопросом о страховании персональной ответственности этот вопрос на сегодняшний день снят. Я высказываю не свое личное мнение, я высказываю мнение сообщества ректоров, что данный закон требует принятия, не только потому что он легализует многие вещи, которые на сегодняшний день находятся вне правового поля. Самое главное, что приняты стандарты третьего поколения. Мы над ними, простите, работали три года. Это наша работа. И если закон не будет принят, мы с сентября месяца по третьим стандартам не сможем работать. Спасибо.

Светлана ОРЛОВА, ведущая:

– Спасибо, Олег Олегович. Мы проводим конференции с Владимиром Владимировичем Путиным по всем округам. И нет ни одного округа, где бы ни поднимались вопросы здравоохранения. Очень глубоко поднимаются вопросы, связанные (…) . Дальний Восток страдает тем, что до 40-50% не укомплектованы сотрудники. Конечно, и вы тоже должны понимать, что отрасль здравоохранения захватывает регулирование, захватывает таможенные вещи, захватывает промышленность. Иначе без этого вы все равно системно не начнете работать. Конечно, подготовка кадров это была сильнейшая и к этому нужно возвращаться. Не мне вам рассказывать, как сегодня врачи от этого страдают. Но это должно быть все положено в закон. И тогда от этого все будет видно. Пожалуйста, Лариса Дмитриевна, директора Института экономики здравоохранения Высшей школы экономики.

Лариса ПОПОВИЧ, директора Института экономики здравоохранения, Высшая школа экономики:

– Добрый день, Татьяна Алексеевна, добрый день всем. Знаете, действительно закон содержит очень много важнейших и действительно революционных мер. Но проблема российского здравоохранения все эти годы была в том, что не соответствовали объемы гарантий и финансирования. Давайте посмотрим, что происходит, к сожалению, в этом законе. Самая главная проблема, решения которой вы ждали от этого закона – это детализирование и конкретизация программы государственных гарантий. Что кому оказывается бесплатно. Это ключевой вопрос, все остальное важно, но технологически. Поэтому давайте глянем, как сейчас, к сожалению, прописаны нормы программы государственных гарантий. Там написано, что программа государственных гарантий рассчитывается с учетом стандартов медицинской помощи. Но дальше написано, что объем бесплатной помощи определяется нормативом финансирования. И, к сожалению, нигде в законе не написано, что этот норматив финансирования гарантированно обеспечивает выполнение стандартов. Это лукавство, мне кажется. И оно не случайно, потому что по расчету Минздрава, по примерам, которые они представляют, объемы финансирования, которые необходимы для обеспечения стандартов, потребуют пятикратного увеличения финансирования здравоохранения. Этого нет, такие примеры приводятся в презентации. Это означает, что с самого начала мы закладываем неопределенность, а сколько же из этого стандарта реально будет покрываться. И сколько из этого стандарта придется доплачивать. А дальше – больше. В статье, которая регламентирует платные услуги, написана замечательная вещь. Платными будут услуги, не входящие в Программу государственных гарантий. Прислушайтесь, услуги, не входящие в Программу государственных гарантий. В Программе государственных гарантий нет услуг и не может быть. Она не может быть детализирована до услуг. Это куда более агрегировано, и вид, и помощь. Это означает, что придя к врачу, и потребовав объяснения, почему вы берете деньги за эту услугу, вы получаете в ответ: а нет в Программе государственных гарантий перечня услуг. И я имею право оказывать это платно. Вы поймите, это лукавство, которое довольно быстро станет понятно всем. Это основной вопрос: что мы получим бесплатно. Да, конечно, закон можно принять. Это технический вопрос. Но вы подставите партию, вы подставите фронт, и в первую очередь вы подставите президента и премьер-министра, если население поймет, что те обещания, которые оно получало, оно не будет реально иметь. Спасибо.

Светлана ОРЛОВА, ведущая:

– Спасибо большое, Лариса Дмитриевна. Татьяна Алексеевна обязательно ответит на поставленные вопросы. Я предоставляю слово нашему руководителю Центра медицины катастроф Сергею Федоровичу Гончарову. Но прежде, чем Сергей Федорович скажет, для всех, коллеги, внимание, коллеги, чтобы вы знали. У нас в течение четырех лет реализуется программа безопасности дорожного движения. Мы тоже эту программу в Совете Федерации обсуждаем, и форумы проводим. И за эти четыре года я вам хочу сказать, на 10 тысяч меньше населения побило в катастрофах. Было 34 тысячи трудоспособного населения и полторы тысячи детей. Сейчас не только министерство образования и МВД, но и все министерства и ведомства стали серьезно этой темой заниматься. И я просто хочу поблагодарить Сергея Федоровича, потому что он один из активных участников реализации этой программы. И вот Ольга Дмитриевна из Минздрава, которая тоже активно занимается. Леонид Михайлович, он у нас на Форуме выступал в Санкт-Петербурге. И мы активно ведем эту тему вместе и думаем, что это очень важно. Спасибо.

Сергей ГОНЧАРОВ, директор Всероссийского центра медицины катастроф «Защита» Минздравсоцразвития России:

– Уважаемые коллеги, 18 лет я являюсь директором Всероссийского Центра медицины катастроф защиты министерства здравоохранения. До сих пор многие путают, что это служба медицины МЧС. Это служба нашего здравоохранения. Как видите, Служба медицины катастроф родилась действующим законом 18 лет назад. Закон о нашей службе. И естественно в ныне действующем законе ничего, мы никак не защищены. 220 тысяч медицинских работников, врачей, медсестер не имеют защиты законодательно, которая теперь в новом законопроекте прописана. Я имею в виду, в чрезвычайных ситуациях мы не можем оказывать помощь в полном объеме, дабы спасти большинство пострадавших, идут плавающие там условия. Одна ЧС не похожа на другую. И приходится каждый раз действовать. Прописать все вот эти условия в законе практически невозможно. Всю Великую Отечественную войну военно-медицинская служба работала по проекту. И только получив капитальный опыт, были изданы законодательные документы. 18 лет! Мы получили огромный опыт, который уважаем во многих странах мира. К нам приезжают учиться, перенимают этот опыт. Мы сейчас это реализовали в статье, в том числе, первая помощь, о чем сейчас было сказано, у нас не было законодательно внесено четыре статьи, обязанности и так далее. И, наконец, 41-ая статья «Об организации медицинской помощи при чрезвычайных ситуациях». Всероссийская служба медицины катастроф – единственная функциональная подсистема, положения которой утверждаются постановлением правительства. Потому что оно объединяет медиков всех ведомств. Главнейшим моментом сейчас является положение медицинской базы, прописанное, наконец, в проекте этого закона. Возьмите недавний пример: авиационная катастрофа в Петрозаводске. В настоящий момент идет эвакуация. А в законе «О медицинской базе» сейчас ни слова нет. Кто отвечает, кто принимает решения, как защищены? Поэтому этот закон надо было принимать вчера, позавчера, с нашей точки зрения. Мы уже опаздываем с этим. А затягивать с этим, на мой взгляд, это просто преступно. Спасибо.

Светлана ОРЛОВА, ведущая:

– Сергей Федорович, спасибо вам большое. Коллеги, сейчас у нас на связи Санкт-Петербург. Можем включить Санкт-Петербург? Добрый день, Санкт-Петербург, мы вас слушаем. Пожалуйста, представьтесь.

НЕ ОПОЗНАНО:

– Добрый день, уважаемые коллеги, вас приветствует Санкт-Петербург. Слово председателю Профессиональной ассоциации медицинских работников Редько Александру Алексеевичу.

Александр РЕДЬКО, председатель Профессиональной ассоциации медицинских работников:

– Здравствуйте, уважаемые коллеги, Санкт-петербургская медицинская общественность благодарит всех за возможность принять участия в таком актуальном и злободневном разговоре как обсуждение закона «Об охране здоровья граждан». И разрешите присоединиться к тем высказываниям, которые прозвучали сегодня на конференции о том, что наш закон, несмотря на то, что он правильный, нужный, злободневный, актуальный, нуждается в серьезной доработке. Вот у меня здесь порядка 130 страниц правок, которые еще не обсуждены. Тем не менее, я должен сказать, что многое из того, что мы уже предлагали, и предлагали регионы, вошло сегодня в основной текст закона, за что нужно поблагодарить законодателя о том, что на сегодня мы имеем серьезные изменения в этом законе. Тем не менее, осталось очень много дефиниций, которые нужно определить в законе, и о которых нужно было бы поговорить. Я бы хотел сказать, что, в первую очередь, меня волнует 70 статья, статья о профессиональных медицинских организациях, в которой утрачены многие позиции 62 статьи предыдущего закона. Потому что не определены сами профессиональные ассоциации и организации, не определены условия их членства. Это приводит к довольно серьезным проблемам в регионах. И я бы хотел сказать, что эти проблемы можно было бы решить с помощью закона и с помощью законодателя, который бы определил, что в регионах эти ассоциации должны основываться на персональном членстве, тогда не будет никаких конфликтов за тарифные комиссии, за участие в квалификационных и аттестационных комиссиях. Я думаю, что никто, кроме самих профессионалов и самой медицинской среды не может оценить по-настоящему качество специалистов, и поэтому было бы очень важно эту статью рассмотреть так, как это нужно и поднять ее на должный уровень. По крайне мере, сделать не хуже, чем было в 62 статье соцзаконодательства. Это одна из основных, так скажем, тем, которые хотелось бы обсудить. Но также очень важно, что в этом законе совершенно выпала дефиниция оздоровления  и оздоровительной услуги. Когда мы говорим о профилактике, мы уже начинаем говорить о медицинской сфере, но мы не говорим о том, что медицина отвечает за 10% здоровья населения, а вот остальные 90 остаются не урегулированы. Поэтому вопросы оздоровления, оздоровительные услуги должны появиться в законе. Рано или поздно это произойдет, и мы даже путаемся в понятиях и в самом законе, я сейчас не буду углубляться, но там есть серьезное нарушение в дефинициях. Очень важно, что между потребителем услуг – пациентом и врачом, конечно, существует целый ряд понятий, таких как, например, показатели оказаний медицинской помощи на территории. И источник показателей сегодня также не прописан четко, отсутствует эффективность безопасности, неправильно прописаны качества, своевременность, доступность и так далее. То есть это все есть, но нет четкости в этих понятиях, и, соответственно, оценить качество оказания медицинских услуг и стандарты качества оказаний медицинских услуг, также не прописанных, и оценить будет очень сложно. Значит, необходимо также прописать, как следует, доступно их. Потому что она, конечно, существует, но, по моим представлениям, оценка эта будет довольно такой расплывчатой и неконкретной. Вот Татьяна Алексеевна сказала, что в 47 статье «О правах семьи в серии охраны здоровья граждан» существует сегодня понятие и что-то там приведено к нормам и понятие о том, что наши родители смогут присутствовать в больнице, и приняты будут в этой больнице. Но там есть маленький момент. Это я просто, как пример к тому, в чем нужно доработать каждую статью. Наличие медицинских показаний, значит, и в этом случае палата за пребывание в стационаре включает питание одного из родителей или члена семьи, то есть оплата не взимается. Значит, наличие медицинских показаний будет определять врач. Соответственно, это опять будет момент, из которого буду вытекать деньги по (…)населения. Поэтому вот такие мелочи, они пестрят в каждой статье и их нужно убрать, а для этого нужна серьезная, вдумчивая работа профессионалов, и я думаю, что то, что казал Леонид Михайлович о том, что закон должен быть доработан – это абсолютно справедливо, и мы разделяем его позицию. Спасибо за внимание.

Светлана ОРЛОВА, ведущая:

– Спасибо вам большое за точку зрения, как вы понимаете, вот как раз  сегодня обсуждаем, чтобы закон доработали. И у нас еще есть время подать поправки, предложения, поэтому мы это все обсуждаем. Но я вам хочу сказать, когда Вадим Леонидович выступал на Съезде медицинских работников, то некоторые вещи тоже там звучали и обсуждались. Я хочу сказать из опыта работы, я курирую экономику, промышленность, жилищное строительство, денежный бюджет и кредитную политику в своих операциях, мы столкнулись с такой же проблемой в строительных организациях. Никто не хочет идти в СРО, саморегулируемые организации, потому что они, кроме того, что собирают деньги, никаких услуг не предлагают. Вы знаете, мы сегодня столкнулись с управляющими компаниями. Конечно, должен быть регулятор, я согласна с вами, должна быть конкуренция и рынок должен быть открытым. И как будет удобно это пациентам! Ну, вы это еще раз пообсуждайте вместе, потому что это такая ощутимая тема, и я думаю, что вы найдете точки соприкосновения. Сейчас все-таки побеждает демократия, хочу дать двоим молодым людям, потом я даю слово Тихомирову Алексею Владимировичу. Пожалуйста, вы представьтесь.

Георгий АХРОМЕЕВ:

– Ахромеев Георгий Иванович, (…). Ну, вот (…) говорили о том, что я с 1996 года был по 2004 руководил Медицинской санаторно-курортной зоной «Газпрома». На тот момент на 15 тысяч (…) и 4,5 миллиона рабочих были приняты. Так что я могу говорить, как организатор. Затем мне пришлось учиться в Оксфорде. Заканчивал я его уже по специальности по организации здравоохранения. И, что я для себя узнал, для меня это была колоссальная новость, что, оказывается, Англия развивается по нашей системе. В 1958 году они взяли систему Семашко. Понимаете, ведь система Семашко сейчас, в настоящий момент, является основной системой профилактики и улучшения качества медицинской помощи во всем мире. Сегодня даже в Америке, где существует противоположная система, существовала, «Консьюмери», сейчас работает система «Kaiser Permanente», в основе которой лежит система Семашко – «Болезнь легче предупредить, чем лечить запущенные последствия». Впервые за 40 лет акцент сделан на профилактику. Впервые! И правильно здесь было сказано, что медицина может решить только 30%, а все остальное – здоровый образ жизни. Когда мы видим шикарные палаты, суперреанимационные отделения, а больные сидят где-нибудь, едят колбасу копченую, о чем мы можем  говорить? Образ жизни, посмотрите, мы говорим о врачах. Надо своим примером, своим примером показывать, если мы их призываем, то мы должны своим примером показывать о том, что мы говорим о здоровом образе жизни. Так вот теперь, как говорится, по сути.  Философ известный сказал: «Тот, кто хочет видеть хорошее – видит солнце. Тот, кто ищет плохое – пятна на солнце», понимаете? Мы всегда можем найти то, что нам не нравится. И правильно здесь было сказано одним из моих коллег, мне очень понравилось его выступление, что вся практика мира, в том числе и английская, которая стоит в основе законодательства, принимала сначала в основном законы, если они, в принципе, совершались, а потом их дорабатывала. И это здесь идет вопрос о том, что мы можем сейчас бесконечно дорабатывать, и одно мнение будет ложиться на другое мнение,  другое – на следующее. Будут выступать разные люди, будут говорить, что экономика должна быть экономной, сон есть не сон, а не сон есть сон, ну, будет на многое количество мнений. Итак, из современных взаимоотношений: впервые, действительно, был принят закон, где четко регламентирован принцип ответственности государства – это первое. Второе, профилактика – это основное реабилитации. За 40 лет, за 40 лет впервые этой стратегией, не зависимо от географических и экономических барьеров своевременно принимается принцип доступности медицинской помощи. При порядке оказания медицинской помощи, стандарты – они были внедрены. Вы знаете, когда я сюда вернулся, я видел сейчас профессора Воробьева, который выступал здесь. И он, я как раз был в Англии, и изучал доказательную медицину, там из основных принципов была доказательная медицина. Я приехал сюда и услышал, что говорят о доказательной медицине, Петр Андреевич, вернее, говорил. Я удивился, думаю: «Как же мы говорили о доказательной медицине совсем другое. Или та медицина, которая к нам пришла из Англии, она другая? Я там слышал одно, теперь слышу другое?» Я, помню, об этом спросил одного очень уважаемого человека. Он мне говорит: «Ну, знаешь, вот пусть мы здесь как-то по-своему это понимаем». Поэтому, уважаемые коллеги, я считаю, что закон надо принимать, принимать его нужно срочно. А те нюансы, которые в нем существуют, да, наверное, что-то не идеально. Идеального ничего нет. И еще раз – «Дорогу осилит идущий». Я уверен, мы, если примем этот закон – мы пойдем на шаг вперед. Спасибо.

Светлана ОРЛОВА, ведущая:

– Спасибо вам большое. Просто, Санкт-Петербург, оставайтесь на связи, потому что Татьяна Алексеевна и Леонид Михайлович вам буду отвечать в конце, и вы получите ответы по поводу здорового образа жизни. Так, одну цифру вам скажу 4,1 триллиона – сегодня наше… Молодой человек, вы говорили? Я вам отвечаю. 4,1 триллиона государство отдает сегодня на  программы здорового образа жизни. 4,1, и вы это представляете, что, почему мы и говорим о важности этого направления. Потому что мы сегодня тоже понимаем: ни таблетки, не только врач, не только этот законопроект, а масса других, представляете, чтобы быть здоровыми? Поэтому, пожалуйста, сейчас хочу предоставить слово Петру Васильевичу. Пожалуйста, Петр Васильевич.

ПЕТР ВАСИЛЬЕВИЧ:

– Добрый день, уважаемые коллеги. Мне бы хотелось, на чем остановиться? Что, я думаю, что работаем мы с вами 2,5 часа и, наверное, пришли к одному знаменателю, что закон необходимо принимать. Это, наверное, все-таки мнение большинства. Почему мнение большинства? Потому что вот среди здесь сидящих участников конференции и те телемосты, которые сегодня проходят, видно, что, действительно, этот закон очень активно обсуждался. Нам, наверное, здесь сидящим, неприятно слышать, когда нам говорят, что закон не обсуждался, было административное давление и так далее и так далее. Мы с вами здесь представляем сотни своих коллег, которые работают в регионах, на селе, в центральных районных больницах. Я хочу сказать, что этот закон обсуждался, и административного давления не было. Почему? Потому что была инициатива Министерства здравоохранения Российской Федерации провести публичные обсуждения на различных форумах, на конференциях, в обществах. Если брать наш первый Медицинский университет, я могу сказать – мы это обсуждали на конференции «Медицинское образование», и очень активно обсуждали. Где присутствовали, практически, со всех регионов и проректора по учебной работе, и профессора, и заведующие кафедрами. И там обсуждались эти вопросы, и все руководители департамента нашего министерства выступали. И эти вопросы, сегодня мы видим, что внесены уже в законопроект по подготовке кадров. Это серьезный вопрос. Кроме этого мы обсуждали все вопросы на медицинском форуме в первый день работы медицинского форума на нашей базе, где присутствовали врачи практического здравоохранения, медсестры, организаторы здравоохранения и Леонид Михайлович там также присутствовал. И эти вопросы сегодня также отражены где? В законопроекте. Сегодня Светлана Юрьевна правильно сказала, что очень серьезно стоит вопрос, и Татьяна Алексеевна на нем остановилась очень подробно – это кадры, как мы их готовим? Да, мы обсудили этот вопрос на конференции по медицинскому образованию, сегодня видим, что сегодня внесены все эти вопросы в законопроект. Практическая подготовка кадров выходит совсем на другой уровень. Мы не можем уже сегодня готовить кадры и будущего врача только на пациенте, потому что пациент сегодня не очень-то хочет, чтобы на нем готовились эти кадры. И это, опять же, прописано в законопроекте, что это его право. То есть здесь есть интересы и пациента, и врача, и студента, который сегодня обучается. Кроме этого, мы сегодня имеем право открывать симуляционные центры, мы обязаны их открывать. Вы посмотрите, в законе сегодня мы слышим и начинаем что-то обсуждать о врачебной ошибке. Да весь мир ориентируется на врачебную ошибку. Посмотрите – Европа, посмотрите – США, посмотрите – Япония. И сегодня считаем врачебную ошибку – это цена очень высокая, открываются эндо- и лапароскопические центры подготовки врачей, и врачи на всех уровнях: студент, ординатор, интерн, постдипломное образование и по всей жизни. Но сегодня у нас стоит очень серьезная проблема – это закрепление кадров, которых мы сегодня выпускаем. Наш университет вручит дипломы 1 июля 1516 выпускникам. Это огромная армия, если бы эта армия вся трудоустроилась, конечно, и пришла работать туда, откуда были они направлены – это было бы, конечно, очень хорошо. Сегодня серьезный вопрос поднимается профсоюзами заработной платы. Но не только заработной платой сегодня живет врач, необходимы и условия, необходимы и заработная плата, необходим социальный пакет, который должен организовать субъект Российской Федерации. И это сегодня в законе все прописано конкретно и четко. И опускаться до мелочей нам необходимости абсолютно сегодня нет. Надо закон принимать, надо идти вперед, надо решать задачи. И от нас наши коллеги этого ждут. Спасибо за внимание.

Светлана ОРЛОВА, ведущая:

– Спасибо большое, Петр Васильевич. Спасибо Санкт-Петербургу, оставайтесь слушать нас, я думаю, что вам тоже это интересно. Следующий регион прошу подготовить Тюмень, но не сейчас. Сейчас еще выступит несколько человек. Сейчас я хочу представить Алексею Вадимовичу. Коллеги, большая просьба, нам в полвторого необходимо закончить, у нас прерывается связь, чтобы мы с вами не говорили. У нас еще хотят предварительно 8 человек выступить. Мы дадим, обязательно дадим всем слово. Потом, кто не выступит, я вас прошу, отдайте свои выступления – это нормальная практика. При подготовке поправок в комитете в Государственной Думе это обязательно будет рассматриваться. Теперь, следующий момент, Татьяна Алексеевна должна быть и Леонид Михайлович. Поэтому, давайте по 5 минут, если вы не возражаете? Да, коллеги? Спасибо вам огромное за понимание. Алексей Владимирович, вы первый должны выполнить регламент, Тихомиров. Уже выполнили? Так, давайте тогда Наталье Вадимовне дадим Ушаковой, вице-президент «Опоры России». Это очень активная организация, она работает в малом и среднем бизнесе, они очень много сделали за последние годы. Но и государство, Наталья Вадимовна, поддержало малый и средний бизнес. Пожалуйста.

Леонид РОШАЛЬ, директор НИИ неотложной детской хирургии и травматологии:

– Она вице-президент национальной медицинской (…)

Наталья УШАКОВА, вице-президент «Опоры России»:

– Это точно, мы с (…), потому что задача все-таки поставлена нашим президентом и премьером – к 2020 году обеспечить занятость населения 50-60% в малом бизнесе. То, господа, мы как раз мы обсуждали этот законопроект (…) бизнес-сообщества. Мы понимали и смотрели на него, как на некие (…), которые и инновации, и, используя которые, мы могли бы создать для вас, построить платные клиники, построить инфраструктуру, выпустить хорошие проектные материалы, обеспечить безопасность и функционирование больших зданий. Мы очень хотели увидеть в этом законе образ будущей национальной системы охраны здоровья. И, к сожалению, крайне мало что-то там просматривается для частного бизнеса, для малого бизнеса, который понимал бы, видел бы какую-то дорожную карту, куда надо идти, чем мы можем помочь нашим медикам для того, чтобы их работа была комфортной и решала те проблемы, которые детям помогают. Не говоря уже о частном здравоохранении, которое тоже здесь, в общем-то, как лиса метет хвостом. Заметены ее, в общем-то, дорожки, где определили место, где она вообще должна быть – это как-то несколько запутано. Хотя все законопроекты, которые принимались в этом году и в прошлом году, касающиеся здравоохранения, хочу сказать, конечно, они дают возможность развитию и частному здравоохранению, и малому бизнесу. Но все-таки хотелось бы принять закон, однозначно он необходим – это даже не обсуждается. Но вопрос качества и, наверное, еще доработка тех вещей, о которых говорят профессионалы и врачи, и здесь нам его нужно немножечко пообсуждать, касаясь высокотехнологической несостыковочки. Почему сегодня в законодательстве запрет на оказание высокотехнологичной помощи в частной системе здравоохранения? К сожалению, не построены все центры высокотехнологичной помощи в России. И в последнем общении Татьяны Алексеевны на прошлом заседании Народного фронта, не помню, по-моему, с Приморья была жалоба о том, что 200 пенсионеров, получив льготы, не могут вылететь в Москву и получить эту помощь. Если бы частные медицинские центры имели возможность, а сегодня у нас 740 высокотехнологичных лицензий выдано, из них только 40 – у частных компаний, которые не имеют допуска к (…). Но, наверное, из 200 тысяч населения, 200 человек, которые находятся там (…) врачей, которые сейчас, мощно используется везде на Западе или переход к сценарию развития здравоохранения от догоняющего, и этот трек, который дает президент к инновациям, к инфраструктуре, к конституциональному развитию, а это и общественным в государстве частным государственным партнерством без управляемого партнерства, к сожалению, проблему в здравоохранении одними силами Минздрава мы не решим. Поэтому мы готовы к сотрудничеству, мы готовы к атакам, мы готовы сделать наше здравоохранение к следующему 10-летию, к 2020 году таким, что бы оно стало легитимным. Спасибо.

Светлана ОРЛОВА, ведущая:

– Наталья Вадимовна, во-первых, спасибо большое. Татьяна Алексеевна, я вам хочу сказать, что Наталья Вадимовна – одна из первых еще 4 года  назад работала с ПФР, многие вещи предложила, то, что касается детского здравоохранения. Я помню это все, я ничего не забыла. Теперь по поводу Владивостока. Вопрос этот решается, мы его поднимали на Народном фронте все вместе, и сейчас этот вопрос будет решен, мы на контакте с Владивостоком. И вы знаете, что можно все это будет обсудить, и Владивосток нас слушает. Потому что это проблема не только характерна для Владивостока, она такая ощутимая для Дальневосточных регионов.

Леонид РОШАЛЬ, директор НИИ неотложной детской хирургии и травматологии:

– Я хотел сказать, что Наталья Вадимовна является инициатором. Она первая сказала на заседании, на собрании медицинской палаты, и я к ней присоединилось.

Светлана ОРЛОВА, ведущая:

– Спасибо. Спасибо. И за модернизацию, вы абсолютно правы. Много сегодня уже регионов мобильно могут оказывать связь. Так, сейчас я предоставляю слово Байбариной Елене Николаевне. Елена Николаевна, извините, что так долго шло время до предоставления вам слова. Это заместитель директора Научного центра акушерства, гинекологии и перинатологии, доктор медицинских наук, профессор, главный специалист неонатолог и вообще красивая женщина, пожалуйста.

Елена БАЙБАРИНА, заместитель директора Научного центра акушерства, гинекологии и перинатологии, доктор медицинских наук, профессор, главный специалист неонатолог Минздравсоцразвития России:

– За последнее большое спасибо, но вы еще одну мою должность забыли. Я скажу по нескольку слов о каждой из этих должностей, скажем так, свет с разных сторон. Как заместитель директора нашего центра мы обсуждали закон, мы внесли 2 поправки, касающиеся защиты прав перинатологов, а я перинатологом проработала 30 лет. Они приняты, за что мы очень благодарны. Мы его реально обсуждали. Как главный специалист хочу сказать, что совершенно ответственно и от имени нашей экспертной группы, в которую входят 83 главных перинатологов и 7 субъектов. Отсутствие закона тормозит, реально тормозит модернизацию. Почему? Потому что денежные средства идут, оборудование закупается, обучение, симуляционные центры, все это движется. Но порядки приняты, написанные очень с большим трудом и очень хорошо написаны, мы много  работали, но они работают недостаточно эффективно. Почему? Потому что  та организационная модель, которая лежит в основе модернизации в нашей специальности, в охране матери и ребенка, она нигде легитимно не закреплена. Вот, трехуровневая система – это наше «Отче наш», но нигде не прописана. А, что в основах законодательства? Территориальная доступность плюс качество. Вот она – трехуровневая система. Вот она – концепция, вот она – идеология: стандарты, порядки, и система организационная, нам она нужна. Отвечаем Санкт-Петербургу. Да, много есть непонятных, ну, скажем так, не то, что непонятных, недостаточно разжеванных вещей. Допустим, условие пребывания родителей в стационаре. При каких условиях? Но, это все невозможно прописать в законе, это должно быть в подзаконных актах, которые мы готовы написать, у нас есть для этого энергия и силы, я – член нескольких профессиональных ассоциаций: и перинатологов, и акушеров-гинекологов – мы готовы, но мы это не можем начать делать, пока нет основ законодательства.  Я еще являюсь председателем Независимого совета по этике. И я хочу сказать, что вопросы этики  очень здорово освещены  в этих основах законодательства. Тут и гуманность, и уважение к врачу, и борьба с болью, и уважение к больному – это очень мне приятно как человеку, занимающему эту должность. Я считаю (отвечаю на один из вопросов из зала), что разделение медицинских работников на врача и не врача, на врача и медсестру – это не этично. Мы не можем сказать, что врач вот должен соблюдать врачебную тайну, а медсестра нет. Тогда понятие вообще «врачебной тайны» исчезает. Поэтому, мне кажется, что этот закон необходимо принять быстро с тем, чтобы с 2012 года мы начали полноценно работать. Спасибо.

Светлана ОРЛОВА, ведущая:

– Спасибо, Елена Николаевна. Сейчас я даю слово Кривошееву Геннадию Гавриловичу, это вице-президент Российской медицинской ассоциации. И на связь мы включаем Тюмень после этого выступления.

Геннадий КРИВОШЕЕВ, вице-президент Российской медицинской ассоциации:

– Кривошеев Геннадий Гаврилович, вице-президент Российской медицинской ассоциации, член правления Исполкома Пироговского движения врачей России. В Исполкоме работал, в Исполком Пироговского движения входит 28 общественных организаций. Кстати сказать, Леонид Михайлович тоже входит в состав Исполкома, и он как член исполкома взял на себя (…) (53:59), это вот тем людям, которые задавали вопросы к нему. Я просто не являюсь ему другом и приятелем, но дело мы делаем одно. Значит, буквально несколько слов. Исполком Пироговского движения врачей понимает всю актуальность, значимость данного законопроекта. Понимаем, мы с 1993 года начали анализировать ситуацию, и понимаем, что нам еще в 1993 году нужно было соответствующее правовое пространство, в котором должна было формироваться наша медицина и здравоохранение, его не было. Отсюда возник вот пример из Красноярска: существует государственное, частное и муниципальное здравоохранение. Дорогие мои, я, работая в Минздраве СССР, занимаясь высшим образованием и кадровой политикой, довольно много поездил по миру и довольно много принимал участия в разных семинарах. Такого казуса юридического больше нигде нет – это наша отличительная черта. И закон наш, который мы принимаем, не навел здесь порядка. Потому что, в конечном итоге, писали Конституцию не врачи, с врачами не советовались. Это дурной тон, вообще, с врачами советоваться, к сожалению – это вот первое, что я хотел сказать. Второе – стране, конечно, очень нужен закон. Но должен быть закон «О здравоохранении», закон «Об охране здоровья», закон «О медицинской деятельности» и закон «Об организации медицинской помощи». Все здесь, кто давно работает и связан со здравоохранением, знает и понимает, что это не есть одно и то же. Это можно рассказывать людям-непрофессионалам, которые приходят в поликлинику или в больницу как пациенты. Но мы-то с вами работаем, это наша профессия. Я 40 с лишним лет в этой профессии. Да, я не член Фронта, просто по определению мой род всегда верно и честно служил России, и я – патриот России. Так же как когда-то я спрашивал, говорит: «Да вот я в «Единой России», «А почему ты в «Единой России»? Какая идеология?» Говорит: «Я – за Путина». Я говорю: «Милый, я вот тоже за Путина, но это еще не идеология. Идеологию ты дожжен знать, как «Отче наш». Значит, мое мнение и мнение Исполкома, то есть Пироговского движения в России, что закон должен быть доработан полностью. Потому что мы хотели видеть Кодекс законов «О здравоохранении», как это сделали умные казахи в отличие от нас придурков, прошу прощения. Потому что Кодекса закона «О медицине» у нас нет, и еще он не скоро может появиться, и нам это надо сделать. Все, спасибо.

Светлана ОРЛОВА, ведущая:

– Я думаю, что последнее ваше выражение к сидящим в зале ни к кому не относится?

Геннадий КРИВОШЕЕВ, вице-президент Российской медицинской ассоциации:

– Я ведь отношу это к себе.

Светлана ОРЛОВА, ведущая:

– Да, корректными будем. Спасибо, присаживайтесь. У  нас и есть как раз Кодекс законов, и я думаю, что вы в этом убедитесь. За точку зрения вам большое спасибо. И хочу вам сказать, что вот такое открытое обсуждение – это и есть позиция Иван Владимирович, мы обсуждаем все открыто. Он говорит с любой категорией, также, как и президент России. (…), смотрите на режим работы, они встречаются, они же есть, откуда вы там знаете? Они их видели, они знают, какие мы, но большая наша страна и спасибо за то, что вы сказали о любви к нашей Родине – это очень важный фактор. Не все, что принимают другие страны нам всегда приемлемо. Поверьте мне, (…)вот все налоговое законодательство мои коллеги знают. И в кое-чем мы перенимали опыт, и потом нам приходилось очень тяжело. У нас свои особенности, давайте будем договариваться искать компромиссы, скажем спасибо, что вы пришли, спасибо, что вы высказали свою точку зрения. И я думаю, что вы так же, как и все, сидящие за этим столом, очень много сделали. Спасибо вам большое. И хорошо, что есть ваши замечания. Так, Тюмень.

РЕПЛИКА ИЗ ТЮМЕНИ:

– Добрый день, уважаемые коллеги.

Светлана ОРЛОВА, ведущая:

– Подождите минуточку, мы вас пока не видим. Что у нас с Тюменью? Давайте тогда дадим слово, пока Тюмень готовится, Бокерия Лео Антоновичу. Сейчас, Тюмень, тогда побудьте на связи, послушаете Бокерия Лео Антоновича, это один из знаменитых наших врачей. Лео Антонович, как вы? Послушаем Тюмень или?..

Лео БОКЕРИЯ, директор Научного центра сердечно-сосудистой хирургии им. А.Н. Бакулева РАМН, академик РАМН, главный специалист сердечно-сосудистый хирург:

– Да, да. Конечно, послушаем.

Светлана ОРЛОВА, ведущая:

–Послушаем, да? Спасибо вам большое, Лео Антонович. Так, Тюмень, на связи, но… Вы нас слышите? Вы нас слышите, Тюмень?

Светлана ОРЛОВА, ведущая:

– Лео Антонович, я хочу вам предоставить слово. Я оказалась в Склифосовском на съезде трансплантологов. Я вам скажу, у меня было огромное впечатление от этого съезда. Я слушала выступление Лео Антоновича, слушала всех, кто был, это были представители из разных стран. И то, что сейчас в законе прописано, то, что касается трансплантологии, я думаю, это тоже движение вперед. Лео Антонович, пожалуйста.

Лео БОКЕРИЯ, директор Научного центра сердечно-сосудистой хирургии им. А.Н. Бакулева РАМН, академик РАМН, главный специалист сердечно-сосудистый хирург:

– Уважаемая Светлана Юрьевна, спасибо вам большое за возможность выступить. Я очень благодарен Татьяне Алексеевне за тот феноменальный анализ в ситуации с законом, который она сегодня сделала – беспрецедентно точно и очень, что называется, пунктуально. Еще раз подчеркиваю, что я имею моральное право такие вещи говорить, потому что много видел всяких законов, видел, как они готовились, и увидел, как этот закон, до какой стадии он дошел. Хотя у меня есть определенное замечание, я о нем тоже скажу. Во-первых, конечно, мы должны поставить точки на «i», и с непрерывным образованием мы носим эту идею с 98-го года. И сегодня в законе это пройдет… Потому что любой американский специалист имеет вот пять часов непрерывного образования. Наконец-то сдвинется с мертвой точки трансплантация, это наше горе и наше несчастье, и это действительно будет очень большое достижение, уверяю вас. Учтены очень многие рекомендации. Я хотел бы сказать, что люди не умирают от простуды, я часто эту фразу говорю – люди умирают от конкретных заболеваний (…). И конечно, упор, который делается на высоко специализируемой помощи, он совершенно правильный, потому что если будут такие технологии, то будет и вся остальная медицина на подъеме. Но мы, мне кажется, Татьяна Алексеевна, не говорим самого главного. И как-то мне доводилось там говорить об этом. Хотя подвижки очень большие. Действительно мы отошли от феодальной медицины, это точно совершенно. Но в законе не оговорено саморазвитие медицины. Мы с вами говорили о поголовном страховании российских граждан. Только оно сможет дать нам реальный прогресс, освещение тех вопросов, которые требуются для решения этой глобальной проблемы. Мы говорили, что к 2013 году значительно решится проблема с обязательным страхованием, с наполнением и так далее. Но мне казалось бы, что не мешало бы, чтобы в законе было это как-то оговорено, что саморазвитие медицины может быть достигнуто только с поголовным страхованием граждан. Может быть, у вас какое-то другое в этой части представление, но мне кажется, что это очень важно. Потому что если будет поголовное страхование, больной пойдет в хорошую больницу, плохие больницы сами по себе отомрут, производители придут в эту больницу, потому что увидят реальные деньги, и не нужно будет завозить импорт и так далее. И последнее, что я хотел сказать. У нас очень большой коллектив, и мы делаем вместе с нашим филиалом почти 23 000 операций в год на сердце и сосудах. Конечно, бывают жалобы, много повторных больных и так далее. Сегодня между мной и больными стоит прокурор. До тех пор пока мы не внедрим медицину, пока мы не внедрим эти отношения страхования, это будет все время происходить. Потому что приходят люди, у них надзорные функции, они пользуются такими же специалистами, как наши, крутят-вертят как хотят. Сейчас еще есть время, еще будет второе чтение, еще будет третье чтение, и какие-то детали, которые можно было бы внести в этот закон, а в целом я считаю, что… может быть, не к месту будет сказано, но когда закончилась гражданская война в Испании, разумеется, люди не могли друг на друга смотреть. И что тогда сделал интеллект испанского народа? Они перезахоронили всех участников гражданской войны на одно кладбище, и все вопросы взаимоотношений закрыли. Вот мне кажется, что мы должны помнить о том, что есть варианты, которые нам всем дадут свободно и лучше жить. Спасибо.

Светлана ОРЛОВА, ведущая:

– Лео Антонович, во-первых, спасибо вам большое. Я извиняюсь, я так привыкла, что вас все знают, я даже не обозначила, что вы являетесь директором научного центра сердечно-сосудистой хирургии имени Бакулева Российской Академии медицинских наук, вы академик Российской Академии медицинских наук и главный специалист сердечно-сосудистой хирургии. Спасибо вам большое и за то, что вы делаете, и за то, что вы у нас есть. Сейчас на связи у нас Тюмень. Коллеги, ну, во-первых, мы хотим выразить вам соболезнование, мы знаем, что у вас произошли трагические события и пострадало 12 человек, произошел взрыв газа. Поэтому примите от нас соболезнования от всех сидящих в этом зале. Пожалуйста, Тюмень.

НЕ ОПОЗНАНО:

– Добрый день, уважаемые коллеги, вас приветствует Тюмень. В студию приглашены представители общественных организаций, частной медицины, медицинские работники, врачи. Я слово передаю члену правления нашей общественной медицинской Ассоциации Поляковой Инне Борисовне.

Инна ПОЛЯКОВА:

– Добрый день, уважаемые коллеги. Мы слышали, что законопроект вызывает очень много споров, и один из спорных моментов касается разграничения полномочий между уровнями власти. Нам бы хотелось поделиться своим опытом. Мы поддерживаем закон и считаем, что вот этот тезис о разграничении полномочий и передаче полномочий оказания медицинской помощи на уровне субъекта нами абстрагирован с 2004 года. Он показал и позволил нам обеспечить одинаковые условия в различных муниципальных образованиях Тюменской области по оказанию медицинской помощи для всех граждан Тюменской области, одинаковые по доступности и качеству медицинской помощи. И обеспечить четкую этапность и преемственность оказания медицинской помощи, включить дублирование в деятельности областных и муниципальных учреждений. А также выстроить вертикаль управления медицинской помощи. До 2004 года организация медицинской помощи была, я бы сказала, растаскана по территориям и была очень сложно управляемой. Позволила работать (…) в соответствии с этим стандартом. И стандарты медицинской помощи региональные тоже у нас разработаны, и медицинская помощь оказывается в соответствии с этими стандартами. И система выстроена таким образом, она очень мобильна и управляема и позволяет эффективно маневрировать ресурсами. Поэтому мы после нескольких обсуждений поддерживаем принятие этого закона, считаем, что он назрел, что его необходимо принять в ближайшее время. Спасибо.

Светлана ОРЛОВА, ведущая:

– Спасибо вам большое. Я думаю, что по Тюмени там действительно разграничены полномочия, и все уровни власти были разграничены уже, если память мне не изменяет, шесть лет назад. Другое дело, что не все уровни имеют источники, об этом говорил и Дмитрий Анатольевич, и Владимир Владимирович. Это такая тема, над которой нам нужно работать. Я сейчас хочу дать слово Улумбековой Гузели Эрнстовне, председателю правления Ассоциации медицинских обществ по качеству.

Гузель УЛУМБЕКОВА, председатель правления Ассоциации медицинских обществ по качеству:

– Уважаемые коллеги, инициатива (…) о необходимости принятия обсуждаемого законопроекта, очень важна. Более того, он является логичным продолжением прав (…) гражданина. Это (…) федеральный закон, увеличивающий объем финансирования здравоохранения, и закон об обязательном медицинском страховании, который значительно упрощает и нейтрализует систему финансирования бесплатной медицинской помощи и закон об обращении государственных средств, которые регулируют цены на лекарственные средства. Все это результаты деятельности руководства Минздрава. Но принятие сегодня обсуждаемого закона об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации необходимо рассматривать через призму того, решает ли он ключевые проблемы здравоохранения нашей страны, будет ли он способствовать достижению улучшения показателей здоровья населения, которое поставлено правительством «Концепции-2020», напомню, это достижение ожидаемой продолжительности жизни 73 года, и способствует ли он достижению социальной стабильности в обществе. С этой точки зрения закон неэффективен. Он решает только сегодняшнюю проблему – необходимость централизации полномочий в соответствии с централизацией финансирования и некоторые узкоспециализированные проблемы здравоохранения. А ведь мы принимаем его на долгие годы. Напомню, какие сегодня у нас ключевые проблемы в здравоохранении, которые обязательно должны найти отражение в этом законопроекте. Первое – недостаточное финансирование программы государственных гарантий и государственной системы здравоохранения в целом, как минимум, в полтора-два раза. Мы тратим от полутора триллиона рублей на государственные системы, нам нужен, как минимум, еще один триллион. Для чего? Для того чтоб покрыть дефицит территориальных программ государственных гарантий, которые ежегодно составляют 400 миллиардов рублей, и чтоб оказывать медицинскую помощь по современным стандартам. Сколько мы добавляем в систему благодаря увеличению тарифов страховых взносов? 220 миллиардов. Это не хватит, чтоб покрыть даже дефицит территориальной программы государственных гарантий. Более того, в законопроекте не предусмотрено выравнивание, финансовое обеспечение бесплатной медицинской помощи вместе с ОМС. Даже если мы прогрузим скорую и высокотехнологическую медицинскую помощь в систему ОМС, то более 35% средств программы госгарантии останется за этим пулом денег, то есть за рамками системы выравнивания. Таким образом, лечение СПИДа, туберкулеза, паллиативная помощь, патологоанатомической службы и другие виды помощи будут представляться исходя из финансовых возможностей регионов, то есть будут неравными для наших жителей. Вторая проблема – на что тратить деньги? Имеющиеся дополнительные деньги в 2011 – 2012 годах будут потрачены на важные, но далеко не первоочередные проблемы в здравоохранении. А надо было бы предусмотреть бесплатное лекарственное обеспечение всего населения в амбулаторных условиях. Это обеспечение в Российской Федерации в расчете на то, что население в 4-5 раза ниже, нежели в развитых странах, и тех же ценах на лекарственные средства. Это, кстати, позволило бы частично отказаться от дорогостоящих видов стационарной медицинской помощи. Третья проблема – дефицит медицинских работников, связанный с низкой оплатой труда. Напомню, сегодня медицинские работники получают на 21% ниже, чем средняя оплата труда в экономике. Заработная плата врачей должна быть в полтора-два раза выше, нежели средняя заработная плата по стране, так, как это сегодня происходит в новых странах Евросоюза, которые имеют такой же валовой внутренний продукт на душу населения. Четвертая проблема – квалификация врачей. Конечно, можно как угодно назвать процедуру допуска врачей до практической деятельности. Пусть даже это будет аккредитация, как написано в этом законе. Но если мы не предусмотрим механизмы мотивации медицинских работников ежегодно повышать свою квалификацию, не предусмотрим у медицинских организаций средства на бесплатное обучение врачей, а у ВУЗов не предусмотрим достойную оплату труда профессорско-преподавательскому составу, мы этот вопрос с вами серьезно решить не сможем. Напомню, сегодня правильное решение врачей – это спасенные жизни и рациональное использование средств здравоохранения. Пятая проблема – эффективность управления. При централизации власти, которую я поддерживаю, очень важны баланс принятия правильных управленческих решений и прозрачная отчетность в здравоохранении. К сожалению, в законопроекте нет отчетности, указания на необходимость наличия отчетности по показателям здоровья населения, эффективности расходования ресурсов и качества и безопасности медицинской помощи. Татьяна Алексеевна, министры приходят и уходят, но не каждый может оказаться таким эффективным менеджером, как вы. И поэтому мы должны иметь защиту на ближайшие годы от волюнтаристских решений в здравоохранении. Шестая проблема – развитие производственной и школьной медицины. Об этом неоднократно уже говорили наши руководители, и (…)  школьник в производственной медицине. Сегодня работодатели вправе потребовать за те взносы, которые они платят системе ОМС в развитие профилактических программ на производстве, так, как это сегодня происходит в системе ОМС в Германии. И наконец, седьмая проблема – профессиональные медицинские объединения. Им надо предоставить слово и возможность влиять на решение в здравоохранении. Этот баланс принятий решений позволит уберечь нас и правительство от ошибок и ненужных волнений. Для этого необходимо предусмотреть нормы, о которых, я думаю, кто-то будет еще говорить. Сегодня, с моей точки зрения, законопроект требует существенной доработки в соответствии с Концепцией развития здравоохранения, (.) который у Министерства здравоохранения уже есть, и для этого нужно, как минимум, три месяца. Татьяна Алексеевна, этот закон всегда будет связан с вашим именем. И я хочу, чтоб он был таким же эффективным, как и вся ваша предыдущая деятельность. И сегодня вопрос стоит о том, если мы достигнем снижения коэффициента смертности, мы до 2020 года сохраним (…) половины миллиона жизней наших граждан, если его снизим до 11-ти случаев на тысячу населения, хотя бы в (…). Эти жизни в ваших руках. Благодарю. А мы готовы вам помогать.

Светлана ОРЛОВА, ведущая:

– Гузель Эрнстовна, спасибо вам большое. Во-первых, вы знаете показатели, у нас во многих регионах России сегодня рождаемость выше, и это уже уникально. То, что сегодня государство сделало за последние годы, (…) проекты и полномочия муниципальные и региональные. Но мы их финансируем из федерального бюджета, материнский капитал, доступная среда, здоровый образ жизни. Это ваша точка зрения, и я ее уважаю, и вы ее профессионально изложили. Но когда садится президент и Владимир Владимирович, вот доходы и вот расходы, моя дорогая, был кризис, мы в кризис ни одно предприятие не оставили, мы в кризис ни одну программу финансирования не уменьшили. Спасибо вам огромное. А сейчас я предоставляю слово Гадиевой Аните Николаевне, она член Ассоциации жертв террористических актов «Матери Беслана». Пожалуйста.

Анита ГАДИЕВА, член Ассоциации жертв террористических актов «Матери Беслана»:

– Я прежде всего хочу выразить благодарность организаторам этого мероприятия. Мы были удивлены, что нас пригласили. Мы не являемся участниками «Народного фронта». Мы довольно часто ставим острые вопросы перед властью. Но тем не менее организаторы посчитали пригласить нас. В принципе, это показатель того, что власть хочет активизировать гражданское общество, власть хочет, чтоб граждане принимали наконец-таки участие в принятии и разработке законодательных актов. Вся проблема в том и состоит, что мы не отслеживаем этот процесс. А сегодняшнее заседание показывает, что желание такое есть. Это вселяет надежду, что в перспективе мы тоже сможем добиться поставленной нами цели – это эффективного расследования Бесланского теракта, чтобы именно власть озвучила ту правду, которую мы знаем, которая есть. Хотя есть люди здесь, которые в свое время говорили, что «нам никакая правда не нужна». Но эта правда – это одна возможность нашей страны выйти на определенный уровень. И что хочется сказать по теме дискуссии. Тут в основном специалисты дискутировали. Я как потребитель медицинских услуг считаю, что ностальгия по советскому здравоохранению оправдана. Сегодня мы в другой стране. И именно то, что наше здравоохранение в сложном состоянии, я считаю, этот законопроект может поспособствовать решить эту проблему. Какие выводы я сделала, слушая различные стороны – и оппонентов, и разработчиков закона. И те и другие едины во мнении, что он необходим. И те и другие считают, что, в принципе, основа для этого закона, проект он реален и на нем можно уже дальше строить другие процессы. То, что касается сроков, сроки – это категория относительная. Любую работу можно сделать за день, можно за неделю, а можно за месяц. От того, как разработчики и очень подготовленные оппоненты вместе найдут точки соприкосновения и как быстро они это сделают, зависят и сроки. Я считаю, что чтобы этот законопроект заработал, нужно чувство ответственности, ответственности разработчиков, ответственности тех, которые будут реализовывать, и ответственности нас, граждан. Вот сегодняшнее приглашение меня сюда заставило наш комитет ознакомиться с законом, с проектом, что обычно граждане не делают, это заставило осмыслить нас, это побудило нас выработать какую-то свою точку зрения на этот вопрос. Оно показало нам, что мы должны быть субъектами всех этих социальных процессов. Что касается концепций, дефиниций, тут были очень грамотные специалисты, я думаю, вам всем вместе удастся это сделать, но мы со своей стороны обещаем, что, так как мы принимали участие в обсуждении этого закона, мы будем и прослеживать реализацию этого закона с таким же пафосом.

Светлана ОРЛОВА, ведущая:

– Спасибо, Анита Николаевна, спасибо вам большое за мужество ваше, за понимание. Думаю, что, если вы еще и проследите выполнение этого закона и модернизацию здравоохранения, мы вас пригласим. И 8 июля мы еще по образованию все вместе послушаем. Это и есть широкая коалиция, это и есть Народный фронт, это есть то, что в процессе обсуждают все. Это очень важно, и надо учиться слушать друг друга. Каждый имеет свою точку зрения. Я предоставляю слово Лесниковой Марине Николаевне – исполнительный директор Новосибирской областной ассоциации врачей. Пожалуйста, Марина Николаевна.

Марина ЛЕСНИКОВА, исполнительный директор Новосибирской областной ассоциации врачей:

– Я юрист по образованию. Я 15 лет работаю в здравоохранении, и мы очень подробно вместе с юристами этот закон анализировали. Именно с точки зрения, что прежний закон, естественно, он несовершенен, очень большие принес социальные и экономические процессы, и что он может изменить в плане регулирования отношений между субъектами в сфере здравоохранения. Очень правильно сказала предыдущий докладчик, что мы все, органы здравоохранения также, лечебные учреждения, ассоциации – это все субъекты здравоохранения. Так вот сейчас в законопроекте не очень конкретно сформулированы некоторые понятия. Допустим, медицинский работник – это работник, который связывает трудовые правоотношения с медицинскими организациями, но его обязанности связаны с оказанием медицинской помощи. Мои обязанности юриста также связаны с оказанием медицинской помощи, бухгалтера и всех остальных. И на практике могут возникать проблемы в реализации прав медицинских работников. Также не очень конкретно прописаны права пациента. Мы все говорим о праве выбора пациента на врача. Но дело в том, что в трех статьях этого законопроекта абсолютно по-разному изложено. Если в общих принципах изложено, что у пациента есть право на выбор и стоит точка, и не установлено, что установлено в законном порядке. Случаются конфликты между врачами и пациентами именно в территориальных поликлиниках. Далее в этом же законе сказано, что организация первичной медико-санитарной помощи осуществляется по территориальному принципу, который раскрывается, в отличие от прежнего закона, не только местом жительства, но и по месту работы, что также устанавливает двойной стандарт, и на местах это будет очень трудно реализовать. Далее сказано, что лечащий врач назначается руководителем медицинской организации или по выбору пациента. Как в этой ситуации поступить главному врачу – назначить лечащего врача или выбор пациента сохранить. Тем более что этим самым мы будем нарушать принцип доступности. Поскольку если все пациенты выберут то медицинское учреждение, которое им нравится, то те пациенты, которые закреплены за территориальной поликлиникой, не смогут в нее обратиться из-за большой очереди. Мы говорим об управляемом принципе выбора, и с этим согласны, но из законопроекта, из текста этого не сказано. Также и о праве на информированное согласие. В законопроекте сказано, что оно должно быть по форме, утвержденной Минздравом. Но само медицинское вмешательство бывает и очень мелким. Допустим, термометрия – это тоже медицинское вмешательство в плане диагностики. И мы не можем дать письменное согласие на нее по установленным законам по форме Минздрава.

Светлана ОРЛОВА, ведущая:

– Спасибо вам, Марина Николаевна. Сейчас хочу дать слово Дорофееву Сергею Борисовичу – президенту медицинской палаты Сибирского федерального органа.

Сергей ДОРОФЕЕВ, председатель Новосибирской областной ассоциации врачей:

– Во-первых, необходимо принятие, поэтому придется говорить тезисно. 131-й закон, в принципе, все решает. Это если передавать полномочия субъекту от муниципалитета, тогда я согласен с Татьяной Алексеевной – да. А если не передавать, как большинство субъектов решает оставить в муниципалитете, то, в принципе, с переоформлением лицензий вопросов не возникает. Все остальное 131-й, в принципе, решает. Статья 4-я «Основные принципы охраны здоровья». У нас их было пять. Ведь вы обращали внимание, кто хорошо читал, кто на самом деле ознакомился с законом, тут только один непосредственно говорит об охране здоровья. А все остальные 34 у нас они про наше здравоохранение, но не охрану здоровья. Я посмотрел основы этого проекта, сравнил его с 1993 годом и с 1969 годом, открыл, посмотрел. В 1969 году из основных принципов было 12, а у нас в законопроекте, который вносился в Думу, было всего пять. Вот сейчас я предлагаю добавить еще три на обсуждение. Первое – добавить такой принцип как необходимость соблюдения санэпид… благополучие охраны окружающей среды и условий труда и отдыха, ни слова об этом нет в проекте. Второе – добавить еще один пункт, очень хотел бы услышать мнение коллег, создание системы социальной и экономической мотивации по сохранению здоровья каждым гражданином Российской Федерации и ведение здорового образа жизни. Чувствуете, система сохранения каждым человеком. Потому что без этого можно делать все что угодно. Но если каждый человек не будет мотивирован на сохранение, причем и экономически в том числе. Еще один пункт в эту же статью четвертую – социально-экономическое стимулирование предприятий, организаций по сохранению и укреплению здоровья работников предприятий, организаций и ведение ими здорового образа жизни. Кстати, это вот три… один вопрос просто на обсуждение, потому как, когда читаю закон и седьмую статью о недопустимости отказа медицинской помощи, я ее понимаю как врач. Но ни в этом законе, ни в нашем законе об обязательном медицинском страховании, которое тоже быстро принимали, нет обязательства ни одной из сторон, ни бюджета, ни системы ОМС адекватно возмещать расходы лечебному учреждению. Не найдете ни в одной статье. Если мне кто-нибудь скажет, и покажет, и процитирует, я вам просто поклонюсь низко в ноги. Причем в прошлом законе, в прошлых основах, напомню, это обязательство было, и очень хорошо написано, вплоть до рентабельности этих услуг. В этих основах, к сожалению, нет. То что мы говорим о выборе врача и лечебного учреждения, Татьяна Алексеевна уже несколько раз об этом говорила, о том, что ограниченный выбор будет. Но к сожалению, в внесенном тексте законопроекта на 26 число нет тоже этой формулировки. Я возглавляю поликлинику, и я очень хорошо понимаю эту проблему, какие возникнут при этом проблемы, если «принцип Семашко», о котором мы сейчас говорили, будет нарушаться в связи с этим свободным выбором. Владимир Владимирович правильно говорил, что у нас несколько тысяч всяких общественных организаций, согласен точно. А теперь кто-нибудь мне скажет в связи с 70-й статьей, несколько вопросов, которые я задам, – а кто будет входить в правление фонда от имени общественных или профессиональных организаций? Нигде не написано. Кто из этих тысяч будет входить? Кто будет подписывать соглашение на территории в системе обязательного медицинского страхования? В законе об ОМС этого слова нет, кто конкретно там имеет право, кто будет оплачивать медицинскую помощь? Написано, мы не имеем права отказать, а кто оплатит – нигде не написано кто. Кто будет при передаче полномочий, скажем, с муниципального уровня на областной, а как у нас будет с программами социального развития лечебных учреждений…

Светлана ОРЛОВА, ведущая:

– Сергей Борисович, спасибо большое за точку зрения, за позицию. Сейчас я хочу дать слово Зурабу Ильичу. Пожалуйста.

Зураб КЕКЕЛИДЗЕ, заместитель директора по научной работе Государственного научного центра социальной и судебной психиатрии имени В.П. Сербского, профессор, д.м.н., главный специалист психиатр Минздравсоцразвития России:

– Спасибо. Я хочу остановиться на нескольких статьях, которые есть в законе 1.36 «О донорстве крови и донорстве трансплантации органов» и так далее, о паллиативной медицине. Казалось бы, это не имеет прямого отношения к психиатрии, но на самом деле имеет, и люди, когда не могут решить эти проблемы, как ни странно, приходят к психотерапевту или к психиатру. Следующее, это статья 37-я «О порядках и стандартах», как раз говорили о доказательной медицины с одной стороны, а с другой стороны – что мы опираемся, когда лечим, все знаем, на учебники и так далее. Любой новый учебник – это пятилетней давности. И вот то, что будут порядки, стандарты, это даст нам возможность опираться на то, как мы лечим, и решать вопросы, которые возникают между больными и врачами, на каком основании и как мы их лечим. (…) считают многие, что вот от лечения больному стало хуже, я имею в виду от родственников пациентов. Следующая, 38-я статья, очень важная – «Медицинские изделия». Дело в том, что Сергей Федорович подтвердит, наверно, что во время тяжелых чрезвычайных ситуаций внезапно появляются люди, которые приносят свои приборы и свои методы лечения, нигде не утвержденные, и настаивают на том, чтобы их прямо там испытали. И бывает крайне сложно в этом. И очень хорошо, что вот это как раз внесено. Следующее. Медицинская реабилитация. Тяжелейшая ситуация в психиатрии. В каком плане? В плане того, что начинают реабилитацией заниматься, кроме медицинских учреждений и так далее, различные учреждения, не буду называть, кто, у которых свое, не медицинское представление о реабилитации. И это как раз внесение нас нам очень помогает и дает возможность проводить правильную реабилитацию. Скорая помощь. Да, у нас есть закон о психиатрический помощи, это хорошо, но все-таки вот специализированную медицинскую помощь (я имею в виду психиатрическую), это нам поможет в урегулировании. Профилактика. Понятно, что касается суицидов, касается депрессий, и суицидов особенно детских, не говоря уже о наркологии и алкоголизме. И еще, что я хочу сказать. Вот мы сейчас говорим, что – давайте отложим. Ну, отложим мы… 3 месяца. На самом деле это будет полгода, а реально это будет 4-5 лет. Реальность жизни такова. Так что это нам надо учесть. Спасибо.

Светлана ОРЛОВА, ведущая:

– Спасибо большое, Зураб Ильич. И последний наш выступающий – (…) Инна Васильевна, глава муниципального образования Вяземского района Смоленской области. Инна Васильевна, пожалуйста. Как простой врач, как глава муниципального образования…

ИННА ВАСИЛЬЕВНА:

– Как раз я с этого хотела начать. Мы сегодня говорили о том, что сегодня «Народный фронт» обсуждает как раз проблемы… Вот я сегодня представляю… Я глава администрации муниципального образования Вяземский район Смоленской области. Но сегодня даже буду говорить не только от своего имени, но еще от имени других моих коллег и глав муниципальных образований Смоленской области, которые, в общем-то, уполномочили меня на это выступление. И мы – это кирпичики, из которых складывается, в общем-то, все общество. Мы – и пациенты, мы – и те, кто выслушивает жалобы людей, которые приезжают к нам из сел. Мы – те, кто, по роду службы, обязаны обеспечивать деятельность населения. То есть мы – вот как раз те, которые должны находиться в самом обсуждении этой проблемы. И те, которых касается непосредственно несколько статей этого закона, которые сегодня вызвали горячую дискуссию. Это передача полномочий с муниципального на вертикальный уровень. Наша Смоленская область – она, в общем-то, была одна из первых, которая воспользовалась статьей 17-й Федерального закона, 313-й, и передала полномочия с муниципального уровня на субъект. И мы с 1 января 2011 года, вот уже полгода, живем в новых условиях. И если раньше у нас была убежденность о том, что этот закон крайне необходим, и он нужен как можно быстрее, то вот спустя полгода, имея уже первые итоги, эта уверенность еще более окрепла. Я не буду говорить сегодня о том, о чем в этой уважаемой (…) (38:02) все знают – о нехватке врачей в селах, о том, что сегодня нет районных больниц. У меня крупное муниципальное образование, второе после областного центра. Уже давно де факто является межрайонной больницей, но на финансировании только от (…) бюджета, моего бюджета, стоит. И все. А пользуются услугами 6-7 районов населения. Потому что изношенность до 70-100%, врачей сегодня нет. Сегодня любой глава стоит… Ни для кого, наверное, не секрет, когда обезличен объем вот этих скудных финансовых средств, потому что большинство районов России дотационные, товарищи, вы прекрасно это понимаете. Куда деть деньги? На ЖКХ? На образование? На культуру? Знаете как, все пальцы – все родные и все нужные. Или здравоохранение. Поэтому картина очень пестрая. О каком стандарте качества могло в этих условиях идти речь? В том, что необходима эта была реформа, необходима вертикаль, я вот двумя руками и, как сказал Олег Михайлович, я первая, которая подниму руку и скажу: «Давайте быстрее, люди этого ждут». Потому что не было органов управления здравоохранения на местах, в районах это не было и нет, только в крупных районах это было, и так далее. Я могу об этом долго говорить, но очень мало времени. Но я хочу сказать. Сегодня как раз создание межмуниципальных центров – и наша область пошла по этому пути, а создание межмуниципальных центров как раз позволило абсолютно законно в бюджетном кодексе содержать на новом уровне сегодня материально-техническую базу. Единственное, что нам нужно сейчас, и почему мы хотим, чтобы этот закон быстрее принят. Очень хорошая статья, и, кстати, те наши поправки, которые мы и ранее рассылали и через Интернет, и так рассылали, о тех условиях, о которых в статье 313-й говорится, о тех условиях, которые могут органами местного самоуправления, так сказать, работать в области здравоохранения. Это квартиры, которые мы сейчас как бы даем, и меры социальной поддержки, школьная медицина. Кстати, мы доплачиваем тем врачам, которые работают в дошкольных и школьном образовании. И ряда других… тех условий, которые, если будут законодательно прописаны, тогда у нас не будет с фискальными органами проблем и разночтений вот, так сказать, нецелевого использования бюджетных средств. Очень мало времени, я вот как бы основное сказала. Потому что очень много, что я хотела сказать, но очень много сегодня говорилось об этом. Спасибо.

Светлана ОРЛОВА, ведущая:

– Инна Васильевна, спасибо вам большое. Спасибо большое. Мы (…). Будем завершать. (…) предоставим слово Леониду Михайловичу, пожалуйста.

Леонид РОШАЛЬ, директор НИИ неотложной детской хирургии и травматологии:

– Ну, как, у меня есть, как говорится, внутреннее удовлетворение от сегодняшнего разговора. Мы представляли, когда вышли с инициативой «Народного фронта», так, как вы говорите, мы представляли, что будут (…) точки зрения абсолютно. Будут учтены абсолютно (…). Давайте принимать, принимать немедленно. Если мы их не примем до 6-го числа (…), то и никаких проблем (…). Дискуссии тоже нужно прекратить все, для этого и собрались. Хотят оттянуть и вообще все похоронить. Мы представляли, что и такое может быть. Но я очень рад, что здесь прозвучали, и громко было сказано о том, что – да, мы тоже за принятие закона. Это вы себе приняли закон. Но после того, когда основные замечания будут учтены. Еще раз повторяю, закон можно принять сию секунду, но качество его будет страдать. Надо будет поговорить только о методике в дальнейшем, в рамках Государственной Думы, каким образом можно будет те вопросы, которые сегодня звучали, и эти вопросы, которые сегодня звучали, нам выводить на решение. Я приношу извинения перед профессором (…), перед Власовым Василием Викторовичем, президентом общества «Доказательная медицина», перед Самошкиным Алексеем Анатольевичем, ответственным секретарем Ассоциации врачей-практиков, перед (…) Александром Сергеевичем, перед Ивановым Александром Васильевичем, перед (…) Кириллом Дмитриевичем, которые тоже должны встать и сказать: «Замечательно, но что вы здесь собрались?» Я попрошу, чтобы они (…)все свои предложения, (…) были, и все учтены. И то, что мы сегодня сделали, да, провели круглый такой стол, глаза в глаза, в таком формате у нас не было. Это хорошо. Я думаю, что это послужит таким хорошим стимулом для работы в стране. Я езжу по стране, в регионы, собираются 100-150 человек. Я спрашиваю: «А поднимите ручки, кто читал закон? Ну, кто читал закон?» Один-два человека. Вот это опаснее вот это безразличие нашего общества. К тому, что у нас происходит, как мы живем. Она вызывает вопросы. Хорошо, что сейчас появился Интернет. В Интернете все обсуждено. А если бы Интернета не было? У нас что, других форм доведения закона для обсуждения для первичных организаций, для больниц конкретных, для поликлиник, почему у нас нет такого общего медицинского вече? Вы говорите, что никакого административного давления нет. Я приведу вам пример, который рассказывал Путину. Когда я был в одном из регионов, обсуждали вопрос о распределении полномочий с муниципальным органом. Потом я попросил одного уважаемого, знающего человека написать свои рекомендации по этому поводу. Он написал, а потом звонит мне и спрашивает: «А я подписывать должен или не должен?» Боязнь высказать свое мнение. Боязнь, что его мнение будет противно мнению, или противоположно мнению руководителя Департамента здравоохранения, министра или мэра. Вы говорите, вы понимаете, у нас какое-то все же есть, вот эта двойная такая жизнь продолжается, как мы раньше все говорили (…) своей жизни. То же и сейчас. Вот поговорите о деталях за чашкой чая со многими руководителями департаментов здравоохранения. Поговорите со многими министрами здравоохранения регионов. Они говорят нам совсем другое. А вслух сказать боятся. Просто боятся. Я не буду говорить, кого я представляю, почему я здесь. Я хочу сказать, что есть вопросы, которые нужно еще и добавлять. Смотрите, 3-4 выступления в отношении межрайонных центров? Но это же важно. Или нет? (…) районные центры еще были в Советском Союзе. Я 20 лет проработал (…), тогда еще областные и районные центры. Это важно. На каких условиях, как они будут работать и что нужно для этого (…)? Нужно. Я для себя так думаю, что если мы не уйдем в отпуск, если мы месяца три поработаем так, как мы работали до этого, только чуть получше, если я к 12-ти… Если я к 12-ти часов ночи получаю распечатку того, что мы будем обсуждать в 10 часов утра, потому что торопимся, – такая форма работы, конечно, настораживает. У нас не готова 67-ая статья. У нас не готова 70-я статья. У нас не отработано до конца распределение полномочий. Кстати, о распределении полномочий, о том, что нужно поднять наверх, первой сказала Общественная палата. Мы приняли решение об этом, что та форма, которая была введена – это ошибочная форма. Но при этом надо условия описать конкретно. За что отвечает муниципалитет? Он не может ни за что отвечать. И сейчас вот поработаем, и уже там есть список тех вопросов, которые после обсуждения будут внесены. Мы должны работать и жить с открытыми глазами. И конечно, я думаю, руководитель муниципалитета должен иметь право согласовывать кандидатуру. Если он согласовывает кандидатуру… но мы говорили всегда, что сначала концепция, а потом закон, все же и Путин поддержал это… Но ведь нет концепции. Нам сбрасывают один за другим законы. Причем так (…), да, что если вовремя мы его не исполним, затяжка такая идет, да, то они будут работать незаконно. (…) будет работать? Да, я вас понимаю, что (…) всех, кроме (…) чисел…

Светлана ОРЛОВА, ведущая:

– Нет, ну, подождите минуточку. Ну, они еще два как бы спикера, и завершает, такое же время будет у Татьяны Алексеевны.

Леонид РОШАЛЬ, директор НИИ неотложной детской хирургии и травматологии:

– Теперь – в отношении кадров. Полная убежденность у меня, несмотря на ректоров, если его не введем в ближайшее время, на какой-то срок хотя бы, распределение выпускников, которые обучаются… Минуточку, про Конституцию я читал, я ее знаю хорошо.

Светлана ОРЛОВА, ведущая:

– Коллеги, ну, не перебивайте, мы же все вас слушали!

Леонид РОШАЛЬ, директор НИИ неотложной детской хирургии и травматологии:

– Но если мы не проведем распределение выпускников, которые обучаются за государственный счет, в лечебные практические учреждения, да, мы с вами ничего не сделаем. Если надо в какой-то степени в этом плане изменить Конституцию – Конституцию писали люди. Если надо, у нас Конституция изменяется за один месяц. Пора. Что-то надо сделать. Мы ничего с вами не делаем. Та яма, в которой мы сейчас находимся в кадрах, сладкими разговорами, что вот будут писать какие-то там отношения и так далее, мы проблему кадровую с вами не решим. Ну, и в отношении медицинских ассоциаций. То, что… о чем говорил Ерофеев, и о чем говорим. Должны быть нормальные правила игры. Абсолютно. Вне зависимости от того, какая это ассоциация будет – Национальная медицинская или другая. Представлять наши точки зрения могут только те ассоциации, если на территориальном уровне за ними идет более половины медицинского народа. И российская… представлять, могут быть тысячи. Но кто-то должен разговаривать с исполнительной властью. Скажете – не 50, не половина. 60, 70 – пожалуйста. Но должны быть какие-то правила, которые должны работать вне зависимости от того, мы есть или нет. И по отношению с фондами обязательного медицинского страхования, и так далее. Сейчас в этом разладе, который есть, (…). Я думаю, работа предстоит очень напряженная. И я очень надеюсь, что в начале июля этот закон в таком виде, в котором он сейчас есть, принят не будет. Кстати, Владимир Владимирович Путин сказал: «Торопиться не нужно». Он сказал на конференции. Я прошу вас мнение премьер-министра тоже учесть. Спасибо.

Татьяна ГОЛИКОВА, Министр здравоохранения и социального развития РФ:

– Спасибо, уважаемые коллеги, спасибо площадке «Народного фронта»  за возможность обсудить действительно очень нужный в нашей стране закон. Этот закон нужен пациентам, этот закон нужен врачебному сообществу.

И я бы хотела отнестись к некоторым выступлениям, которые здесь были, поскольку они частично звучали как вопросы.

Подобного рода законы, по моему глубокому убеждению, должны носить максимальный характер прямого действия, потому что характер прямого действия – это закон. Никакие подзаконные акты не решат те проблемы, которые они сегодня отнесены на компетенцию, скажем,   Правительства или приказам Минздрава, или какого-либо другого органа. Нужны нормы, записанные в федеральном законе. И поэтому те нормы, которые там содержатся, в ряде случаев достаточно подробны, они оправданы, одобрены, там присутствуют. И я приведу простой пример, который касается федеральных регистров с точки зрения учетов пациентов. Это сейчас прописано в проекте федерального закона -это просто архиважно и архинужно для пациентов.

Второе, о чем я хочу сказать – на сегодняшний день в Думе идет очень плотная работа. И по сегодняшнему обсуждению я поняла одну вещь: часть выступающих выступала по тексту закона до внесения в Государственную Думу, часть выступала по тексту закона, который прошел первое чтение, и только небольшая часть (а это небольшая часть, кто непосредственное участие принимал во всех заседаниях) выступала уже по последним поправкам.

В связи с этим я приведу два простых примера, которые прозвучали, относительно того, что врач отвечает за пациента только при исполнении  трудовых обязанностей. Это уже в законе не так, это уже поправлено.

Дальше, вы говорите о том, что не регулируются вопросы возмещения вреда, регулируются только средствами страхования. Отнюдь нет, настоящий закон не ограничивает права граждан на возмещение вреда в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Я могу приводить множество таких примеров. Это свидетельство того, что извините, уважаемые коллеги, как здесь говорилось, где-то не почитали, где-то не хватило времени на то, чтобы прийти и педантично сидеть и рассматривать этот закон в Государственной Думе.

Я хочу еще раз ответить по поводу того, что и профилактическая составляющая, и паллиативная помощь (высказывалось Красноярском) – все это на сегодняшний день учтено в проекте федерального закона.

Выступающие здесь делали такого рода заявления: «Вы подставите партию, президента и правительство». Я вам, уважаемые коллеги, официально заявляю: я являюсь членом правительства, если я подставлю председателя или президента, меня уволят. Поэтому я с полной ответственностью отстаиваю ту позицию, которая здесь представлена. Она представлена уже не как позиция Министерства здравоохранения и социального развития, а как консолидированная позиция Правительства Российской Федерации. И Правительство Российской Федерации вносило закон в Государственную Думу. Теперь этот закон – на площадке Госдумы, а мы все являемся активными участниками этого процесса.

Я хочу предупредить тех, кто очень легко бросается фразами: «А что такое клятва Гиппократа?» Клятва Гиппократа,  в законе прописана в старой редакции и в новой редакции. И я считаю, это основное, это то, что сегодня провожает нашего студента, который окончил высшее учебное заведение, в жизнь. Дальше вы говорите о том, что закон об обращении лекарственных средств привел к тому, что ухудшилось лекарственное обеспечение граждан. Уважаемые друзья, закон об обращении лекарственных средств никак не регулирует вопросы, которые касаются обеспечения граждан, он регулирует вопросы обращения лекарственных средств. А все, что касается лекарственного обеспечения граждан, – это закон о государственной социальной помощи и об отношении к льготникам. Это тот законопроект, который мы сейчас обсуждаем в отношении тех категорий граждан, которые это лекарственное обеспечение должны получать.

Что касается концепции. Я сумбурно говорю, но я говорю так, как выступали. Концепция была разработана Министерством здравоохранения и социального развития. Концепция была обсуждена и  вошла огромным разделом в стратегию развития России до 20-го года. Такое решение принимало Правительство Российской Федерации. В развитии этого в настоящее время разрабатывается и будет принята государственная программа развития здравоохранения, участниками которого являются все присутствующие и не присутствующие на этом сегодняшнем совещании.

Что же касается разграничения платных и бесплатных услуг, пожалуйста, читайте законодательство по совокупности. Не только этот закон решает эту проблему. Мы принимали с вами  другой закон об обязательном медицинском страховании, где есть программа «Государственной  гарантии предоставления гражданам бесплатной медицинской помощи», и там каждая ноозология полностью прописана – что на сегодняшний день бесплатно, а что платно. Нельзя употреблять такие термины, нельзя унижать врача словами. Здесь за столом большая часть врачей. Это просто несправедливо по отношению к ним. И не они сегодня виноваты в том, что долгое время здравоохранение не было дофинансировано.

Почему-то вдруг заговорили о недофинансировании здравоохранения, когда внесли закон. Что это такое  у нас  случилось? А что до этого сидели, молчали, почему не говорили об этом? Лишь редкие голоса доносились. Я знаю, Леонид Михайлович говорил об этом, а ото всех остальных я не слышала, просто не слышала, извините, пожалуйста.

Что касается термина «врачебная ошибка», уже давно поправлено.  Что касается медицинских фармацевтических работников, уже давно поправлено.

Я еще хочу сказать одну вещь. Есть много соображений о том, что этот закон должен регулировать финансовое обеспечение. Уважаемые коллеги, вы принимаете систему законодательства Российской Федерации. Согласно системе законодательства Российской Федерации, финансовое обеспечение – это исключительная компетенция финансового законодательства, бюджетного кодекса и ряда других нормативных актов.

Я хочу задать вопрос тем, кто вносит поправки, в том числе  в Государственную Думу, не имеющие начало и не имеющие конец. Надо увеличь расход на здравоохранение. Все сидящие здесь «за», включая и меня. Только не надо так писать. Нам нужно повысить платежи с работодателей? Нам нужно ввести платеж с пациента? Нам нужно увеличить бюджетное финансирование? Пожалуйста – мы все субъекты законодательной инициативы. Вносите, но не делайте огульных заявлений, потому что это контрпродуктивно.

И правильно здесь говорили отдельные представители, выступающие по поводу того, что: «А как разрешить эту проблему?» Сегодня есть проблема образования, сегодня есть проблема ЖКХ, сегодня есть много других проблем, на которые тот человек, который принимает взвешенное политическое решение, не важно на каком уровне – на самом высоком уровне в Российской Федерации, на уровне регионов или муниципалитетов, он должен взвесить, что сегодня будет приоритетным. Принципиально важным является другое. На высшем государственном уровне и на уровне регионов Российской Федерации заговорили о здравоохранении как о приоритете. И мы с вами должны как-то соответствовать этому.

Что касается вопросов частно-государственного партнерства. Хочу сказать, что об этих замечаниях я знаю. Сегодня частные учреждения входят в систему обязательного медицинского страхования, если они пожелают это делать. Если они туда входят, то они подчиняются принципам программы «Государственных гарантий предоставления гражданам медицинской помощи» по тем тарифам, которые в этой программе установлены. Но в этом законе еще и появился такой принцип частно-государственного партнерства. Мы с вами, Наталья Владимировна, разговаривали по этому поводу, когда закон шел еще до внесения в Правительство Российской Федерации. Пожалуйста, давайте свои предложения, мы абсолютно открыты к этой дискуссии. Дорогой Лео Антонович, вы всегда очень продуктивны. Я вам крайне признательна за то, что вы сделали применительно к  профилактическому направлению. Потому что с Ильи Антоновича начался здоровой образ жизни. Теперь здоровый образ жизни охватил всю страну и даже внешний (…). Но сегодня он говорил о другом. Сегодня он говорил о том, что принципиально важно достроить эту систему. Лео Антонович, это правда, но это другой закон, это закон, который будет сопровождать этот закон, потому что это финансовые основы. Финансовые основы согласно нашему общему системному законодательству содержатся в других законах.

Что касается выравнивания и социально-значимых заболеваний. Именно выравниванию посвящен и закон об обязательном медицинском страховании, и программа «Государственных гарантий предоставления гражданам бесплатной медицинской помощи».

Что касается стандартов по социально-значимым заболеваниям. Эти стандарты и порядки принимаются наряду со всеми другими нормативными документами. И я хочу сказать, что регионы Российской Федерации, принимая программу модернизации здравоохранения, как раз за счет своих собственных средств обеспечивали паритет с точки зрения финансирования именно социально-значимых заболеваний и прочих других, которые теоретически могли остаться за бортом, когда основной ресурс входит в тему обязательного медицинского страхования. Я хочу сказать, здесь присутствуют многие регионы, которые не выступали, но качественный, современный и совершенный стандарт есть в первую очередь залог повышения заработной платы врачам.

И отвечая на вопрос по поводу пятикратного и шестикратного… Извините, уважаемые коллеги, у меня нет расчетов Министерства здравоохранения и социального развития, которые бы говорили о том, что стандарты у нас пятикратно не обеспечены. На примере программы модернизации мы вам покажем, как это на сегодняшний день выглядит с точки зрения программы модернизации здравоохранения.

Я очень прошу тех коллег, которые, извините, может быть, некорректно прозвучит, не дочитали отдельные статьи закона. Мы готовы дать соответствующие пояснения.

И два последних тезиса. Мы на сегодняшний день находимся в ситуации, когда врачебное общество представлено разными ассоциациями. И мне представляется, что по поводу этих вещей гражданское общество, в данном случае врачебное общество, должно самостоятельно принимать решения. Нельзя, на мой взгляд, обязательно заталкивать ту или иную ассоциацию. Это личный выбор врача, это его самоуправление, это его понимание того, как это должно быть.  И не забывайте, уважаемые коллеги, у нас пока что  лицензируется медицинская организация, а не врач. Наверное, когда мы с вами придем к тому, чтобы лицензировать или аккредитовывать врача (а это мы в законе прописали), тогда мы можем корректно поставить вопрос о единой, о двуединой, о какой угодно ассоциации медицинских работников, которая безусловно может претендовать на то, что отдельные государственные полномочия этой ассоциации могут быть переданы. Но должен пройти период становления, который в том числе зависит от того законодательства, которое мы принимаем.

Я также категорически не приемлю ситуацию, когда речь идет о том, что мы не даем высказываться нашим специалистам или министрам здравоохранения, или руководителям департаментов здравоохранения. Пожалуйста, приходите в Минздрав, увидите, какие жаркие споры у нас проходят – и между руководителями департаментов, и между нашими ведущими специалистами и так далее. Это абсолютно открытая площадка и абсолютно открытая дискуссия.

Что касается принятия закона. Мы находимся сейчас на площадке Государственной Думы – это регламент Государственной Думы. У этого регламента есть соответствующие сроки подачи поправок. И не предоставлять – это не мое дело, это дело Ольги Георгиевны, но те, кто хотел подать поправки содержательные к закону, тот, наверное, эти поправки подал. Время еще не истекло, поправки можно подать. Но, по нашему глубокому убеждению, закон совершенно спокойно можно принимать. Спасибо.

Светлана ОРЛОВА, ведущая:

– Спасибо, Татьяна Алексеевна. (…) практически по всем вопросам. Я сейчас передаю слово Ольге Георгиевне. (…)

Ольга БОРЗОВА, председатель Комитета Государственной Думы по охране здоровья:

– Уважаемая Светлана Юрьевна,  уважаемые коллеги, во-первых, спасибо за еще одно очень яркое обсуждение. Спасибо за то, что вы признали, что работа над законом идет открыто. Спасибо за то, что вы смогли оценить, те, кто вот смотрел эти поправки, новую редакцию закона ко второму чтению, ту колоссальную работу, которая проведена рабочей группой. Спасибо за замечания, которые сделаны уже в адрес вот этих вот 58 поправок, которые мы (…) Хочу сказать, к сожалению, вот тех выступающих, которые говорили свои предложения, не зная о том, что они учтены, я думаю, что можно поработать еще на нашей площадке, и, пожалуйста, мы такую возможность предоставим. Да, поправки рекомендованы Комитету к принятию рабочей группой. Все депутаты нашего комитета работали  в рабочей группе. То есть положительные свои взгляды на принятие этих законов были выражены и  в голосованиях, и в подходах на группе.  Хочу сказать, что полностью отработана статья 69-ая. Она вызывала очень громкую дискуссию в плане взаимоотношений между лечебными учреждениями и фармакомпаниями. При обсуждении были приглашены ассоциации, которые высказывались, согласились с тем, что прописано. Полностью отработан понятийный аппарат. Категорически не могу согласиться с теми, кто говорит, что не доработаны разграничения полномочий. Это раздел, над которым работало 2/3 нашей рабочей группы. И то, что субъекты Российской Федерации все-таки законом будут определять создание условий – это колоссальная выгода. И еще хотела бы сказать, да, действительно сейчас  дорабатывается две статьи – это статья 67-ая Минфин, Минздравсоцразвития, наши профсоюзы,  члены рабочей  группы нашей ассоциации, и дорабатывается статья 70-ая. Есть разные взгляды на статью 70-ую. Наша ассоциация и наша общественная организация не могут прийти пока к единому мнению по поводу подхода, которые должны быть занесены в виде поправок в наш Федеральный закон. И есть  разные мнения, потому что эти мнения должны сочетаться с той правовой базой, которая уже существует у нас в Российской Федерации об общественных организациях. Есть такой закон. И если есть особенности, мы  еще раз эту площадку  предоставляем для общественных организаций и предлагаем. Сегодня мы работаем (…) правой руки. Уважаемая коллегия, хочу вам еще раз предложить в соответствии с регламентом Государственной Думы, есть еще время продолжить работу на площадке нашего Комитета. И еще раз благодарю всех, кто выступил с такими важными, нужными и существенными замечаниями.

Светлана ОРЛОВА, ведущая:

– Спасибо большое, Ольга Георгиевна. Коллегию будем завершать. В первую очередь я хочу поблагодарить всех вас, кто сегодня принял самое активное участие, все 83 региона России, отдельно Владимира Владимировича Путина, также представителей «Народного фронта», общественных организаций, врачей, узких специалистов – врачей. И это обсуждение показало, насколько мы все вместе с вами хотим, чтобы действительно этот закон был завершен. Это первое. Второе, очень важно, что были высказаны разные точки зрения. Я посчитала, у нас выступило с вами  28 человек, более 15 организаций. Но все практически по той или иной доли критики были едины в одном, что это такой серьезный, квалифицированный законодательный акт. Конечно, он потребует сегодня и усилий еще, постановления Правительства, часть которого  (…) Конечно, очень важно и прошу вас  на будущее, надо уметь слышать друг друга, если даже разная точка зрения. Я хочу поблагодарить Леонида Михайловича, Татьяну Алексеевну особо, она женщина, министр.   Поверьте мне, это не так просто, и сегодня то, что она делает, она старается сделать профессионально и достаточно профессионально, чтобы это было важно для населения Российской Федерации. Конечно, очень важно, и не только такой законопроект, все законопроекты сегодня так обсуждает правительство. И это стиль работы Владимира Владимировича Путина. Он национальный лидер, он сегодня отвечает за многие вопросы, он смело идет, он смело говорит, он принимает решения. И я тоже соглашусь, когда он принимает решения, на одних весах – оборона, безопасность, космос, промышленность, на других – все социальные сферы, здравоохранение, культура, образование. Но хочу еще раз зафиксировать, кризис был не простой, выход из кризиса – это стабильность страны. Стабильность – это рост нашего экономического роста. Мы ограничены тем, что Дума уходит на каникулы. Потом она уходит на выборы. И принятие этого законопроекта  именно важно, чтобы потом можно было вести  мониторинг. Дума открыта для диалога. Мы просим вас,  кого не услышали, в пятницу примем, кто еще не выступил. Обязательно свои предложения передайте. Мы договорились, что мы с Татьяной Алексеевной и с «Народным фронтом» еще продолжим тему по здравоохранению, по модернизации. И это тоже очень важно, потому что люди начинают понимать, какие деньги пришли, как это делают, врачи обсуждаются. Ничего страшного, если сегодня будут критиковать и главных врачей, и министров здравоохранения, это нормально, люди должны эти вещи знать. Поэтому, я считаю, что вы провели сегодня огромную большую работу. Большое спасибо вам всем за участие. И от всей души хочу вам пожелать всем здорового образа жизни и крепкого здоровья. Спасибо.

Репортажи удались:

http://rovego.livejournal.com/2104424.html#cutid1

http://annok.livejournal.com/698462.html?view=4589918#t4589918

Проект предусматривает, что экспертиза будет проводиться специалистами, прошедшими обучение на право проведения государственной экспертизы условий труда и имеющими удостоверения установленного образца. Кроме того, компании, участвующие в государственной экспертизе, должны будут пройти аккредитацию.